22 цитаты из книги «Сара Дж. Маас. Двор Тумана и Ярости» на каждый день

Собрали 22 цитаты из книги «Сара Дж. Маас. Двор Тумана и Ярости» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Она станет проблемой — и сейчас, и потом. Он знал это. Убить ее сейчас, предотвратить надвигающуюся угрозу и столкнуться с гневом других Высших Жриц, или… посмотреть, что будет дальше.

   Она станет проблемой — и сейчас, и потом. Он знал это. Убить ее сейчас, предотвратить надвигающуюся угрозу и столкнуться с гневом других Высших Жриц, или… посмотреть, что будет дальше.
2. «

   — Это ты сдался, — выдохнула я. Я почувствовала, что даже Рис замер от моих слов. — Это ты отказался от меня, — сказала я чуть громче. — Ты был моим другом. И ты выбрал его — выбрал повиноваться ему, даже когда видел, что его приказы и правила делают со мной. Даже когда ты видел, как я чахну день ото дня.

   — Это ты сдался, — выдохнула я. Я почувствовала, что даже Рис замер от моих слов. — Это ты отказался от меня, — сказала я чуть громче. — Ты был моим другом. И ты выбрал его — выбрал повиноваться ему, даже когда видел, что его приказы и правила делают со мной. Даже когда ты видел, как я чахну день ото дня.

   — Фейра Арчерон · книга
3. «

   — Почему? — Почему что-либо остается верным чему-то? Возможно, они любят то место, куда они отправляются так сильно, что это стоит того. Возможно, они продолжат появляться до тех пор, пока не останется лишь одна звезда. Возможно, у той одинокой звезды путь займет всю вечность, в надежде, что когда-нибудь — если она продолжит возвращаться довольно часто — другая звезда снова ее встретит.

   — Почему? — Почему что-либо остается верным чему-то? Возможно, они любят то место, куда они отправляются так сильно, что это стоит того. Возможно, они продолжат появляться до тех пор, пока не останется лишь одна звезда. Возможно, у той одинокой звезды путь займет всю вечность, в надежде, что когда-нибудь — если она продолжит возвращаться довольно часто — другая звезда снова ее встретит.

   — Фейра Арчерон · книга
4. «

   Прощание. Для моего собственного душевного равновесия, моей собственной безопасности..

   Прощание. Для моего собственного душевного равновесия, моей собственной безопасности..
5. «

   Некая маленькая часть меня шептала, что я могу пережить Амаранту; пережить уход от Тамлина; я могла пережить переход в это новое, незнакомое мне тело … Но та пустота, ледяная дыра в моей груди … Я не была уверена, что могла пережить это.

   Некая маленькая часть меня шептала, что я могу пережить Амаранту; пережить уход от Тамлина; я могла пережить переход в это новое, незнакомое мне тело … Но та пустота, ледяная дыра в моей груди … Я не была уверена, что могла пережить это.

   — Фейра Арчерон · книга
6. «

   Рис ухмыльнулся, и я не заметила, изумились ли люди, когда Рис подхватил меня под колени и поднял нас в воздух. Я поняла, что смогу полюбить… полёт.

   Рис ухмыльнулся, и я не заметила, изумились ли люди, когда Рис подхватил меня под колени и поднял нас в воздух. Я поняла, что смогу полюбить… полёт.

   — Фейра Арчерон · книга
7. «

   Эта музыка была прелестной. Странной, но прелестной. Она была написана в те времена, как сказал Кассиан, когда люди ещё не ходили по земле. Ему она казалась беспорядочной и сбивающей с толку, но я нашла ее завораживающей.

   Эта музыка была прелестной. Странной, но прелестной. Она была написана в те времена, как сказал Кассиан, когда люди ещё не ходили по земле. Ему она казалась беспорядочной и сбивающей с толку, но я нашла ее завораживающей.
8. «

   Двор Грез. Люди, которые знали, что была цена, и ее надо было заплатить за эту мечту. Незаконнорожденные воины, иллириец-полукровка, монстр, заключенный в ловушку прекрасного тела, мечтательница, рожденная во дворе кошмаров… И охотница с душой художницы.

   Двор Грез. Люди, которые знали, что была цена, и ее надо было заплатить за эту мечту. Незаконнорожденные воины, иллириец-полукровка, монстр, заключенный в ловушку прекрасного тела, мечтательница, рожденная во дворе кошмаров… И охотница с душой художницы.
9. «

   — Ты подумал, что я уйду с ним? Он перестал жевать и опустил вилку. — Я слышал каждое ваше слово и знал, что ты сможешь позаботиться о себе, но все же… — он вернулся к пирогу, проглотив кусок, прежде чем продолжить. — Но все-же я решил для себя в тот момент, что если ты примешь его руку, я найду способ жить с этим. Это будет твоим выбором. Я отпила вина. — А если бы он схватил меня? В его глазах не осталось ничего, кроме непреклонной воли. — Тогда я бы разрушил весь мир, чтобы вернуть тебя.

   — Ты подумал, что я уйду с ним? Он перестал жевать и опустил вилку. — Я слышал каждое ваше слово и знал, что ты сможешь позаботиться о себе, но все же… — он вернулся к пирогу, проглотив кусок, прежде чем продолжить. — Но все-же я решил для себя в тот момент, что если ты примешь его руку, я найду способ жить с этим. Это будет твоим выбором. Я отпила вина. — А если бы он схватил меня? В его глазах не осталось ничего, кроме непреклонной воли. — Тогда я бы разрушил весь мир, чтобы вернуть тебя.

   — Фейра Арчерон · книга
10. «

    Любовь — любовь была бальзамом в той же мере, что и ядом.

    Любовь — любовь была бальзамом в той же мере, что и ядом.
11. «

    «Было время, когда все, чего я хотела — это достаточно денег, чтобы я и моя семья были сыты, а я могла проводить дни за рисованием. Вот и все, что мне было нужно. Больше ничего.» Пауза. Затем он написал: «А сейчас?» «Сейчас», — ответила я, — «Я не знаю, чего хочу. Я больше не могу рисовать» «Почему?» «Потому что эта часть меня пуста».

    «Было время, когда все, чего я хотела — это достаточно денег, чтобы я и моя семья были сыты, а я могла проводить дни за рисованием. Вот и все, что мне было нужно. Больше ничего.» Пауза. Затем он написал: «А сейчас?» «Сейчас», — ответила я, — «Я не знаю, чего хочу. Я больше не могу рисовать» «Почему?» «Потому что эта часть меня пуста».

    — Фейра Арчерон · книга
12. «

    Жили две сестры, отправились они играть, Чтобы за кораблями отца понаблюдать… Приблизившись к морской волне Старшая толкнула младшую навстречу ей. Иногда она тонула, иногда всплывала, Пока к плотине мельника ее тело не попало. Но что он сделал с ее грудиной? Он создал альт, чтобы на нем поиграть. Что он сделал с ее маленькими пальчиками? Он создал колки своему альту под стать. И что же он сделал с носовым гребешком? На корпусе альта подставкой устроил верхом. Что он сделал с её венами столь голубыми? Струнами на альте они стали отныне. Что он сделал с глазами столь ясными? В альт вставил с рассветом красным. Что он сделал с языком столь жестким? С языком новым и звук стал четким. Третья струна зазвучала сперва, Узрите вон там моего отца-короля. Потом зазвучала вторая струна, Узрите вон там мою мать, что царевной была. И вот зазвучали три струны: Узрите вон там мою сестру, что утопила меня, по желанию своему.

    Жили две сестры, отправились они играть, Чтобы за кораблями отца понаблюдать… Приблизившись к морской волне Старшая толкнула младшую навстречу ей. Иногда она тонула, иногда всплывала, Пока к плотине мельника ее тело не попало. Но что он сделал с ее грудиной? Он создал альт, чтобы на нем поиграть. Что он сделал с ее маленькими пальчиками? Он создал колки своему альту под стать. И что же он сделал с носовым гребешком? На корпусе альта подставкой устроил верхом. Что он сделал с её венами столь голубыми? Струнами на альте они стали отныне. Что он сделал с глазами столь ясными? В альт вставил с рассветом красным. Что он сделал с языком столь жестким? С языком новым и звук стал четким. Третья струна зазвучала сперва, Узрите вон там моего отца-короля. Потом зазвучала вторая струна, Узрите вон там мою мать, что царевной была. И вот зазвучали три струны: Узрите вон там мою сестру, что утопила меня, по желанию своему.

    — ткачиха · книга
13. «

    — Так что же такого есть в нем, что оно стоило того, чтобы быть спасенным ценой жизни всех остальных? Когда я взглянула на Риса, его фиолетово-синие глаза были столь же беспощадны, как и пенящееся зимнее море в отдалении. — Все, — ответил он.

    — Так что же такого есть в нем, что оно стоило того, чтобы быть спасенным ценой жизни всех остальных? Когда я взглянула на Риса, его фиолетово-синие глаза были столь же беспощадны, как и пенящееся зимнее море в отдалении. — Все, — ответил он.

    — Фейра Арчерон · книга
14. «

    — И что же нам делать сейчас? — вздохнула Мор. — Поспать и поесть, — просто сказала Амрен. И это был Азриэль, кто добавил своим хриплым после яростной битвы голосом: — А после мы отомстим.

    — И что же нам делать сейчас? — вздохнула Мор. — Поспать и поесть, — просто сказала Амрен. И это был Азриэль, кто добавил своим хриплым после яростной битвы голосом: — А после мы отомстим.

    — Морриган · книга
15. «

    Я была рада тишине — даже если она стала моей ношей, даже если она заполняла мою голову, до тех пор, пока ничего не было, за исключением… пустоты.

    Я была рада тишине — даже если она стала моей ношей, даже если она заполняла мою голову, до тех пор, пока ничего не было, за исключением… пустоты.

    — Фейра Арчерон · книга
16. «

    Двор Грез. Я принадлежала Двору Грез. И его мечтателям. И за их грезы, за их мечты… Ради того, что они сделали, чем пожертвовали… Я могла сделать это.

    Двор Грез. Я принадлежала Двору Грез. И его мечтателям. И за их грезы, за их мечты… Ради того, что они сделали, чем пожертвовали… Я могла сделать это.
17. «

    Моя мать утверждала, что я такая замкнутая и странная, потому что родилась в самую длинную ночь в году.

    Моя мать утверждала, что я такая замкнутая и странная, потому что родилась в самую длинную ночь в году.
18. «

    И прежде, чем по рядам собравшихся успел пробежать шепот, я почувствовала его. Почувствовала… Его. Сам каменный пол, казалось, задрожал под моими ногами — пульсирующие, ровные удары. Его шаги. Будто сама гора содрогалась при каждом его шаге. Все в зале в одно мгновение затихли, воцарилась смертельная тишина. Будто парализованные страхом, что даже лёгкий вздох, малейшее движение, может привлечь внимание хищника, неспешно приближающегося к нам.

    И прежде, чем по рядам собравшихся успел пробежать шепот, я почувствовала его. Почувствовала… Его. Сам каменный пол, казалось, задрожал под моими ногами — пульсирующие, ровные удары. Его шаги. Будто сама гора содрогалась при каждом его шаге. Все в зале в одно мгновение затихли, воцарилась смертельная тишина. Будто парализованные страхом, что даже лёгкий вздох, малейшее движение, может привлечь внимание хищника, неспешно приближающегося к нам.
19. «

    «За желания, которые исполняются». Мгновением позже чувственное, ласковое прикосновение вдоль моих щитов — вежливая просьба. Я позволила им опуститься, позволила ему войти, и его голос заполнил мою голову. «За охотниц, которые помнят и помогают тем, кому повезло меньше. И водных привидений, которые плавают очень, очень быстро».

    «За желания, которые исполняются». Мгновением позже чувственное, ласковое прикосновение вдоль моих щитов — вежливая просьба. Я позволила им опуститься, позволила ему войти, и его голос заполнил мою голову. «За охотниц, которые помнят и помогают тем, кому повезло меньше. И водных привидений, которые плавают очень, очень быстро».

    — Фейра Арчерон · книга
20. «

    Мы все расселись в окрашенные в белый цвет железные кресла, расставленные вокруг. Если б только люди могли сейчас видеть их: фейри, сидящие на железе. Они повыбрасывали бы те смешные безделушки и украшения. Возможно, даже Элейн получила бы обручальное кольцо, которое не было выковано ненавистью и страхом.

    Мы все расселись в окрашенные в белый цвет железные кресла, расставленные вокруг. Если б только люди могли сейчас видеть их: фейри, сидящие на железе. Они повыбрасывали бы те смешные безделушки и украшения. Возможно, даже Элейн получила бы обручальное кольцо, которое не было выковано ненавистью и страхом.