— Морриган, мне бы хотелось узнать… веришь ли ты в Создателя? — Конечно нет. Мне не свойственен примитивный страх перед луной, а потому не приходится верить в сказки, чтобы спать по ночам.
— Стало быть, всё это лишь игра случая? И то, что мы все оказались здесь — одно только счастливое совпадение? — Бесполезно и пытаться поставить порядок выше хаоса. Природа по самой своей натуре хаотична.
— Говорят, когда-то в Ферелдене был король, который так пускал слюнки при мысли о своей обожаемой особе, что при нем постоянно находился особый слуга — утирать его величеству подбородок. — Ты все это выдумала. — Вовсе нет. Короли древности были бы рады, что их потомок недалеко ушел от своих благородных корней.
— Зарумянился я от страха, что ты высосешь из меня всю кровь после того, как покончишь с ним. — Алистер, если б мне захотелось что-то у тебя пососать, ты узнал бы об этом первым.
— Ты знаешь, что такое касаанда? Это… росянка, если на общем языке. — Я не уверена. — Нет? А вы так похожи. Я решил, что вы родня. — Что этим хочешь ты сказать? Росянка… что это такое? — Цветок. — Ах! Неужели я цветок? Вот, неожиданность! — Который ловит и пожирает насекомых. — Ах, этого-то я и ожидала.
Любовь — это слабость. Любовь — это рак, который разрастается внутри человека и принуждает его делать глупости. Любовь — это смерть. Любовь, о которой ты мечтаешь — это то, что для человека важней всего, важней даже самой жизни. Мне такая любовь не ведома. Мне ведома страсть. Уважение равных. Нечто куда более ценное.
— Моя прелесть, тебе уже говорили, что у тебя изумительные глаза? — И снова льстишь? Ещё ты не устал от этих неуместных упражнений? — В Антиве женщины привыкли к непрестанным заслуженным похвалам. Да, завидев тебя, мужчины должны припадать к твоим стопам! — Не кажется ли им, что это утомительно донельзя? — Они богини, снисходящие до своих почитателей, как и тебе следовало бы. С чего бы им утомляться? — Я вовсе не желаю, чтобы возвели меня на пьедестал. — Ты этого вполне заслуживаешь. Художники должны восхищаться тобой, скульпторы – ваять тебя, поэты – воспевать! Уверен, ты и сама знаешь, что твоя уникальная красота привлекла бы и самого Создателя! — Ну… я думаю… — Да, Зевран, ты мастер. Самым честным образом выиграл пари. — Очень благодарен, мадам. — Всех вас ненавижу.
— Тогда мне непонятно, почему он покинул Свои творения. По-моему, это чудовищная безответственность. — Он покинул нас, потому что мы захотели идти собственным путём, пускай даже самим себе во вред, а Он не в силах был взирать на это. — Но откуда тебе это знать? У Него самого ведь не спросишь. Быть может, Он просто ушёл к новому творению, а старое бросил как удручающую ошибку, о которой лучше забыть. — Мне не нужно это знать, потому что у меня есть вера. Я верю в Него и чувствую Его надежду и любовь. — Вера. Как быстро те, кто не может ответить на вопрос, вспоминают это слово.