30 фраз из книги «Сара Джио. Ежевичная зима», которые запомнились

30 цитат из книги «Сара Джио. Ежевичная зима» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я скучаю по морскому воздуху. Лучше замерзнуть до смерти, чем остаться без него.

   Я скучаю по морскому воздуху. Лучше замерзнуть до смерти, чем остаться без него.

   — Тетя Би · книга
2. «

   Потерять свою истинную любовь — все равно что лишиться правой руки. Как будто стал безруким. На все требуется больше усилий.

   Потерять свою истинную любовь — все равно что лишиться правой руки. Как будто стал безруким. На все требуется больше усилий.

   — Уоррен Кенсингтон · книга
3. «

   Из салона «Бьюика» Сиэтл казался великолепным: лобовое стекло, будто стеклышки розовых очков, окрашивало окружающий мир в более привлекательные тона. Со своего удобного сидения как-то не замечались темные многоквартирные дома, где десятки знакомых мне бедных семей ужинали черствым хлебом, не замечались покрытые мусором переулки, где дети играли в джекс, оставленные сами на себя, пока их матери, как и моя когда-то, допоздна работали в домах городской элиты.

   Из салона «Бьюика» Сиэтл казался великолепным: лобовое стекло, будто стеклышки розовых очков, окрашивало окружающий мир в более привлекательные тона. Со своего удобного сидения как-то не замечались темные многоквартирные дома, где десятки знакомых мне бедных семей ужинали черствым хлебом, не замечались покрытые мусором переулки, где дети играли в джекс, оставленные сами на себя, пока их матери, как и моя когда-то, допоздна работали в домах городской элиты.

   — Вера Рэй · книга
4. «

   Для строителей старые дома, как сорняки. Не могут дождаться, чтобы снести их и построить какой-то модный высоченный жилой комплекс. Они не понимают, что разрушают бульдозерами историю и воспоминания других людей.

   Для строителей старые дома, как сорняки. Не могут дождаться, чтобы снести их и построить какой-то модный высоченный жилой комплекс. Они не понимают, что разрушают бульдозерами историю и воспоминания других людей.

   — Ева Морлендстид · книга
5. «

   Каждый ребенок заслуживает отведать торта, даже бедный.

   Каждый ребенок заслуживает отведать торта, даже бедный.

   — Вера Рэй · книга
6. «

   — Ты приняла лекарства? — Она всегда меня достает своими лекарствами. — Кому-то нужно заставлять это сердце биться. — Все-таки хорошо, когда кто-то не оставляет тебя в покое. Честно, даже не знаю, что бы я без тебя делала.

   — Ты приняла лекарства? — Она всегда меня достает своими лекарствами. — Кому-то нужно заставлять это сердце биться. — Все-таки хорошо, когда кто-то не оставляет тебя в покое. Честно, даже не знаю, что бы я без тебя делала.

   — Эмили Уилсон · книга
7. «

   — Это прозвучит странно, но дом кажется другим без ее рук. Что-то изменилось. Я чувствую это. Думаешь, это возможно? — Я знаю, о чем ты. Когда много лет назад заболела моя бабушка, старый дом тоже стал другим. Будто бы кто-то высосал из стен душу.

   — Это прозвучит странно, но дом кажется другим без ее рук. Что-то изменилось. Я чувствую это. Думаешь, это возможно? — Я знаю, о чем ты. Когда много лет назад заболела моя бабушка, старый дом тоже стал другим. Будто бы кто-то высосал из стен душу.

   — Эмили Уилсон · книга
8. «

   Все мы по-разному ведем себя, сталкиваясь с травмой и тоской, по крайней мере так говорит моя доктор Маргарет. Одни люди свирепствуют, другие — тихо консервируют боль в себе, прячут глубоко, где она зреет и разрастается.

   Все мы по-разному ведем себя, сталкиваясь с травмой и тоской, по крайней мере так говорит моя доктор Маргарет. Одни люди свирепствуют, другие — тихо консервируют боль в себе, прячут глубоко, где она зреет и разрастается.

   — Клэр Олдридж · книга
9. «

   Иногда стоит гнаться за мечтой, особенно, если это делает тебя счастливым.

   Иногда стоит гнаться за мечтой, особенно, если это делает тебя счастливым.

   — Доминик · книга
10. «

    Ужасно, что такая вещь, как логотип больницы на посылке, мог вызвать во мне настолько бурную реакцию. Я снова услышала звуки тонометра на моем предплечье, увидела режущую глаза синеву штор в палате неотложной помощи, почувствовала вкус беспрестанных соленых слез. Весь кошмар возвратился. Я зажмурилась, чтобы остановить, заткнуть воспоминания, отправить их в больницу, где оставила. Но, открыв глаза, я осознала, что они все еще здесь, ждут, когда я в них окунусь.

    Ужасно, что такая вещь, как логотип больницы на посылке, мог вызвать во мне настолько бурную реакцию. Я снова услышала звуки тонометра на моем предплечье, увидела режущую глаза синеву штор в палате неотложной помощи, почувствовала вкус беспрестанных соленых слез. Весь кошмар возвратился. Я зажмурилась, чтобы остановить, заткнуть воспоминания, отправить их в больницу, где оставила. Но, открыв глаза, я осознала, что они все еще здесь, ждут, когда я в них окунусь.

    — Клэр Олдридж · книга
11. «

    Буря, – продолжал Фрэнк. – Её называют ежевичной зимой. Такое название метеорологи придумали для неожиданного возвращения холода весной. Интересно, правда?

    Буря, – продолжал Фрэнк. – Её называют ежевичной зимой. Такое название метеорологи придумали для неожиданного возвращения холода весной. Интересно, правда?

    — Фрэнк · книга
12. «

    Тайное всегда становится явным. Но иногда на это уходит целая жизнь.

    Тайное всегда становится явным. Но иногда на это уходит целая жизнь.

    — Уоррен Кенсингтон · книга
13. «

    Я почувствовала себя, как лилия с озера — оторванная от своих корней, испуганная, неспособная дышать в новой среде.

    Я почувствовала себя, как лилия с озера — оторванная от своих корней, испуганная, неспособная дышать в новой среде.

    — Вера Рэй · книга
14. «

    Над головой летали чайки, трепали крыльями и насмешливо кричали. Весь мир и каждое существо в нем казались жестокими и безразличными.

    Над головой летали чайки, трепали крыльями и насмешливо кричали. Весь мир и каждое существо в нем казались жестокими и безразличными.

    — Вера Рэй · книга
15. «

    Мы готовим это со времен Великой Депрессии. Тогда кофейный соус считался едой для бедняков. Сейчас же его обожают миллионеры. Вот так-то.

    Мы готовим это со времен Великой Депрессии. Тогда кофейный соус считался едой для бедняков. Сейчас же его обожают миллионеры. Вот так-то.

    — Донна · книга
16. «

    В этих стенах так много истории. Нечто настолько особенное нельзя обменять на деньги.

    В этих стенах так много истории. Нечто настолько особенное нельзя обменять на деньги.

    — Клэр Олдридж · книга
17. «

    Может, я и не знала имен большинства людей на фото, но отправлять воспоминания на помойку было бы настоящим предательством.

    Может, я и не знала имен большинства людей на фото, но отправлять воспоминания на помойку было бы настоящим предательством.

    — Клэр Олдридж · книга
18. «

    Они переборчивы в выборе дома. Много или мало солнца, и фух — исчезли. Водяные лилии застенчивые. Застенчивые и гордые.

    Они переборчивы в выборе дома. Много или мало солнца, и фух — исчезли. Водяные лилии застенчивые. Застенчивые и гордые.

    — Чарльз Кенсингтон · книга
19. «

    Тетя Би всегда не соглашалась с мнением большинства людей, что настоящий друг — это тот, кто бросается на помощь, когда в твоей жизни темная полоса. На такое способны многие. Настоящая дружба — это когда человек ценит твое счастье, искренне радуется за тебя, даже, если сам не очень-то счастлив.

    Тетя Би всегда не соглашалась с мнением большинства людей, что настоящий друг — это тот, кто бросается на помощь, когда в твоей жизни темная полоса. На такое способны многие. Настоящая дружба — это когда человек ценит твое счастье, искренне радуется за тебя, даже, если сам не очень-то счастлив.

    — Эмили Уилсон · книга
20. «

    Такая физическая и эмоциональная нагрузка заставляла меня волноваться за сердце Уоррена. Но он нуждался в этом. Его жизни, будто трагичному роману, не хватало последней, прекрасной главы. Мы нашли её, стерли пыль и настало время её прочесть.

    Такая физическая и эмоциональная нагрузка заставляла меня волноваться за сердце Уоррена. Но он нуждался в этом. Его жизни, будто трагичному роману, не хватало последней, прекрасной главы. Мы нашли её, стерли пыль и настало время её прочесть.

    — Клэр Олдридж · книга