24 фразы из книги «Шеннон Чакраборти. Медное королевство», которые запомнились

24 цитаты из книги «Шеннон Чакраборти. Медное королевство» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   – У тебя такой вид, словно только что получила нагоняй. – Узнала еще одну темную страницу из истории Дэвабада. Хотела бы я хоть раз услышать рассказ о том, как наши предки наколдовали радугу, вышли на улицы, дружно пустились в пляс, и больше ничего не произошло. – Легче держать обиду, когда помнишь только плохое.

   – У тебя такой вид, словно только что получила нагоняй. – Узнала еще одну темную страницу из истории Дэвабада. Хотела бы я хоть раз услышать рассказ о том, как наши предки наколдовали радугу, вышли на улицы, дружно пустились в пляс, и больше ничего не произошло. – Легче держать обиду, когда помнишь только плохое.

   — Нари · книга
2. «

   Я просто ненавижу, что за правильный выбор в Дэвабаде всегда, кажется, нужно дорого платить.

   Я просто ненавижу, что за правильный выбор в Дэвабаде всегда, кажется, нужно дорого платить.

   — Ализейд аль-Кахтани · книга
3. «

   Приспосабливайся. Ты удивишься, на что мы способны ради того, чтобы выжить.

   Приспосабливайся. Ты удивишься, на что мы способны ради того, чтобы выжить.

   — Нари · книга
4. «

   Я не знаю, как заставить тебя прогнуться, Ализейд. Я угрожал тебе, я убил твоих союзников-шафитов, изгнал твою мать, подсылал к тебе убийц… и все же ты идешь наперекор. Я надеюсь, твое сердце окажется слабее, чем твое чувство справедливости… или, может быть, мудрее.

   Я не знаю, как заставить тебя прогнуться, Ализейд. Я угрожал тебе, я убил твоих союзников-шафитов, изгнал твою мать, подсылал к тебе убийц… и все же ты идешь наперекор. Я надеюсь, твое сердце окажется слабее, чем твое чувство справедливости… или, может быть, мудрее.

   — Гасан аль-Кахтани · книга
5. «

   Я устал от того, что все в этом городе питаются местью. Я устал учить наших детей ненавидеть и бояться других детей, потому что их родители – наши враги. И мне надоело вести себя так, будто единственный способ спасти наш народ – это уничтожить всех, кто может выступить против нас, как будто наши враги не ответят тем же, как только власть сменится.

   Я устал от того, что все в этом городе питаются местью. Я устал учить наших детей ненавидеть и бояться других детей, потому что их родители – наши враги. И мне надоело вести себя так, будто единственный способ спасти наш народ – это уничтожить всех, кто может выступить против нас, как будто наши враги не ответят тем же, как только власть сменится.

   — Ализейд аль-Кахтани · книга
6. «

   Мне надоело, что мужчины постоянно причиняют мне боль, ссылаясь на то, что просто переживают.

   Мне надоело, что мужчины постоянно причиняют мне боль, ссылаясь на то, что просто переживают.

   — Нари · книга
7. «

   Религия – как одежда, и те, кто живет во дворце, носят ее небрежно.

   Религия – как одежда, и те, кто живет во дворце, носят ее небрежно.

   — Фатума · книга
8. «

   – Говоришь как политик. – А ты говоришь как пессимистка. Но это еще не значит, что мы не сработаемся.

   – Говоришь как политик. – А ты говоришь как пессимистка. Но это еще не значит, что мы не сработаемся.

   — Субхашини Сен · книга
9. «

   Это логично. А я всегда была такой. Я прагматик. Бессердечный прагматик. Хочешь жить, умей вертеться. Так я и выжила.

   Это логично. А я всегда была такой. Я прагматик. Бессердечный прагматик. Хочешь жить, умей вертеться. Так я и выжила.

   — Нари · книга
10. «

    Если он готов сражаться за женщину, то с тем же успехом сможет сражаться и бок о бок с женщиной.

    Если он готов сражаться за женщину, то с тем же успехом сможет сражаться и бок о бок с женщиной.

    — Манижа · книга
11. «

    Но нет, проблема была не в ней. Во всяком случае, не в ней одной. Проблема была в Дэвабаде. Дэвабад ломал всех, начиная от короля-тирана, заканчивая работягой-шафитом, которого она поймала в своем саду. Городом правили страх и ненависть, скопившиеся за годы кровопролитий и затаенных обид. Здесь все силы уходили на то, чтобы выжить и защитить своих близких, не оставляя в жизни места для доверия и поддержки.

    Но нет, проблема была не в ней. Во всяком случае, не в ней одной. Проблема была в Дэвабаде. Дэвабад ломал всех, начиная от короля-тирана, заканчивая работягой-шафитом, которого она поймала в своем саду. Городом правили страх и ненависть, скопившиеся за годы кровопролитий и затаенных обид. Здесь все силы уходили на то, чтобы выжить и защитить своих близких, не оставляя в жизни места для доверия и поддержки.
12. «

    Народы не процветают под гнетом тиранов. Они не делают прекрасных открытий, когда все их силы брошены на то, чтобы выжить, не придумывают ничего нового, когда ошибка карается копытами каркаданна.

    Народы не процветают под гнетом тиранов. Они не делают прекрасных открытий, когда все их силы брошены на то, чтобы выжить, не придумывают ничего нового, когда ошибка карается копытами каркаданна.

    — Хацет · книга
13. «

    Нельзя признать поражение в войне только потому, что проиграл несколько битв. Нужно менять тактику.

    Нельзя признать поражение в войне только потому, что проиграл несколько битв. Нужно менять тактику.

    — Хацет · книга
14. «

    – Разве нет вещей, ради которых стоит рисковать? – Нет. Потому что сотни других заплатят за твой риск.

    – Разве нет вещей, ради которых стоит рисковать? – Нет. Потому что сотни других заплатят за твой риск.

    — Ализейд аль-Кахтани · книга
15. «

    Воду не остановить. Она вечна. Всегда возвращается. Вода точит горы и питает новую жизнь. Огонь же гаснет.

    Воду не остановить. Она вечна. Всегда возвращается. Вода точит горы и питает новую жизнь. Огонь же гаснет.
16. «

    Глаза защипали злые слезы. Али сердито стер их с чувством презрения. Нет, он не закончит свои дни, рыдая от жалости к себе и посылая проклятия семье, пока он чахнет в безымянной луже песка. Он – Гезири. Когда пробьет час расстаться с жизнью, его глаза останутся сухими, с губ сорвется хвала Всевышнему, а рука будет сжимать меч.

    Глаза защипали злые слезы. Али сердито стер их с чувством презрения. Нет, он не закончит свои дни, рыдая от жалости к себе и посылая проклятия семье, пока он чахнет в безымянной луже песка. Он – Гезири. Когда пробьет час расстаться с жизнью, его глаза останутся сухими, с губ сорвется хвала Всевышнему, а рука будет сжимать меч.
17. «

    Секреты – это бремя, нести которое одиноко.

    Секреты – это бремя, нести которое одиноко.
18. «

    Привязанность для таких, как мы с тобой, – слабое место. Наши слабые места не должны знать те, кто хочет навредить нам. Угроза любимым – самый эффективный способ добиться своего, намного эффективнее пыток.

    Привязанность для таких, как мы с тобой, – слабое место. Наши слабые места не должны знать те, кто хочет навредить нам. Угроза любимым – самый эффективный способ добиться своего, намного эффективнее пыток.

    — Манижа · книга
19. «

    У меня талант бесконечно продлевать долги влиятельных людей.

    У меня талант бесконечно продлевать долги влиятельных людей.

    — Нари · книга
20. «

    Вино всегда составит компанию, когда ты летишь в пропасть.

    Вино всегда составит компанию, когда ты летишь в пропасть.

    — Мунтадир аль-Кахтани · книга