25 цитат из книги «Шеннон Чакраборти. Медное королевство» со смыслом

25 цитат из книги «Шеннон Чакраборти. Медное королевство» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я просто ненавижу, что за правильный выбор в Дэвабаде всегда, кажется, нужно дорого платить.

   Я просто ненавижу, что за правильный выбор в Дэвабаде всегда, кажется, нужно дорого платить.

   — Ализейд аль-Кахтани · книга
2. «

   Привязанность для таких, как мы с тобой, – слабое место. Наши слабые места не должны знать те, кто хочет навредить нам. Угроза любимым – самый эффективный способ добиться своего, намного эффективнее пыток.

   Привязанность для таких, как мы с тобой, – слабое место. Наши слабые места не должны знать те, кто хочет навредить нам. Угроза любимым – самый эффективный способ добиться своего, намного эффективнее пыток.

   — Манижа · книга
3. «

   – Разве нет вещей, ради которых стоит рисковать? – Нет. Потому что сотни других заплатят за твой риск.

   – Разве нет вещей, ради которых стоит рисковать? – Нет. Потому что сотни других заплатят за твой риск.

   — Ализейд аль-Кахтани · книга
4. «

   Я не знаю, как заставить тебя прогнуться, Ализейд. Я угрожал тебе, я убил твоих союзников-шафитов, изгнал твою мать, подсылал к тебе убийц… и все же ты идешь наперекор. Я надеюсь, твое сердце окажется слабее, чем твое чувство справедливости… или, может быть, мудрее.

   Я не знаю, как заставить тебя прогнуться, Ализейд. Я угрожал тебе, я убил твоих союзников-шафитов, изгнал твою мать, подсылал к тебе убийц… и все же ты идешь наперекор. Я надеюсь, твое сердце окажется слабее, чем твое чувство справедливости… или, может быть, мудрее.

   — Гасан аль-Кахтани · книга
5. «

   Приспосабливайся. Ты удивишься, на что мы способны ради того, чтобы выжить.

   Приспосабливайся. Ты удивишься, на что мы способны ради того, чтобы выжить.

   — Нари · книга
6. «

   Я устал от того, что все в этом городе питаются местью. Я устал учить наших детей ненавидеть и бояться других детей, потому что их родители – наши враги. И мне надоело вести себя так, будто единственный способ спасти наш народ – это уничтожить всех, кто может выступить против нас, как будто наши враги не ответят тем же, как только власть сменится.

   Я устал от того, что все в этом городе питаются местью. Я устал учить наших детей ненавидеть и бояться других детей, потому что их родители – наши враги. И мне надоело вести себя так, будто единственный способ спасти наш народ – это уничтожить всех, кто может выступить против нас, как будто наши враги не ответят тем же, как только власть сменится.

   — Ализейд аль-Кахтани · книга
7. «

   Когда что-то ему дорого… он поступает безрассудно. Импульсивно. Будь то шафиты. Деревня в Ам-Гезире. Он так загорается, что готов рисковать собой и всеми вокруг, он не приемлет никаких оттенков, кроме черного и белого, не приемлет меньшего зла ради высшего блага. Мой брат готов сложить голову за свои идеалы.

   Когда что-то ему дорого… он поступает безрассудно. Импульсивно. Будь то шафиты. Деревня в Ам-Гезире. Он так загорается, что готов рисковать собой и всеми вокруг, он не приемлет никаких оттенков, кроме черного и белого, не приемлет меньшего зла ради высшего блага. Мой брат готов сложить голову за свои идеалы.

   — Мунтадир аль-Кахтани · книга
8. «

   – У тебя такой вид, словно только что получила нагоняй. – Узнала еще одну темную страницу из истории Дэвабада. Хотела бы я хоть раз услышать рассказ о том, как наши предки наколдовали радугу, вышли на улицы, дружно пустились в пляс, и больше ничего не произошло. – Легче держать обиду, когда помнишь только плохое.

   – У тебя такой вид, словно только что получила нагоняй. – Узнала еще одну темную страницу из истории Дэвабада. Хотела бы я хоть раз услышать рассказ о том, как наши предки наколдовали радугу, вышли на улицы, дружно пустились в пляс, и больше ничего не произошло. – Легче держать обиду, когда помнишь только плохое.

   — Нари · книга
9. «

   Тяжело видеть, как этот город убивает тех, кого мы любим.

   Тяжело видеть, как этот город убивает тех, кого мы любим.

   — Джамшид э-Прамух · книга
10. «

    Бывают ситуации, когда доброта – самое страшное оружие.

    Бывают ситуации, когда доброта – самое страшное оружие.

    — Гасан аль-Кахтани · книга
11. «

    Перезрелость одного – сладость другого.

    Перезрелость одного – сладость другого.

    — Нари · книга
12. «

    Мне надоело, что мужчины постоянно причиняют мне боль, ссылаясь на то, что просто переживают.

    Мне надоело, что мужчины постоянно причиняют мне боль, ссылаясь на то, что просто переживают.

    — Нари · книга
13. «

    Это логично. А я всегда была такой. Я прагматик. Бессердечный прагматик. Хочешь жить, умей вертеться. Так я и выжила.

    Это логично. А я всегда была такой. Я прагматик. Бессердечный прагматик. Хочешь жить, умей вертеться. Так я и выжила.

    — Нари · книга
14. «

    У меня талант бесконечно продлевать долги влиятельных людей.

    У меня талант бесконечно продлевать долги влиятельных людей.

    — Нари · книга
15. «

    Джинн, дэв… вы все одинаково слепы и разрушительны, как стихия, тлеющая в ваших сердцах.

    Джинн, дэв… вы все одинаково слепы и разрушительны, как стихия, тлеющая в ваших сердцах.
16. «

    – Может, я давно об этом не напоминала, но кажется, я тебя ненавижу. – Знаешь, для существа из волшебного мира тебе катастрофически недостает духа авантюризма.

    – Может, я давно об этом не напоминала, но кажется, я тебя ненавижу. – Знаешь, для существа из волшебного мира тебе катастрофически недостает духа авантюризма.

    — Зейнаб аль-Кахтани · книга
17. «

    Секреты – это бремя, нести которое одиноко.

    Секреты – это бремя, нести которое одиноко.
18. «

    Народы не процветают под гнетом тиранов. Они не делают прекрасных открытий, когда все их силы брошены на то, чтобы выжить, не придумывают ничего нового, когда ошибка карается копытами каркаданна.

    Народы не процветают под гнетом тиранов. Они не делают прекрасных открытий, когда все их силы брошены на то, чтобы выжить, не придумывают ничего нового, когда ошибка карается копытами каркаданна.

    — Хацет · книга
19. «

    Глаза защипали злые слезы. Али сердито стер их с чувством презрения. Нет, он не закончит свои дни, рыдая от жалости к себе и посылая проклятия семье, пока он чахнет в безымянной луже песка. Он – Гезири. Когда пробьет час расстаться с жизнью, его глаза останутся сухими, с губ сорвется хвала Всевышнему, а рука будет сжимать меч.

    Глаза защипали злые слезы. Али сердито стер их с чувством презрения. Нет, он не закончит свои дни, рыдая от жалости к себе и посылая проклятия семье, пока он чахнет в безымянной луже песка. Он – Гезири. Когда пробьет час расстаться с жизнью, его глаза останутся сухими, с губ сорвется хвала Всевышнему, а рука будет сжимать меч.
20. «

    – Говоришь как политик. – А ты говоришь как пессимистка. Но это еще не значит, что мы не сработаемся.

    – Говоришь как политик. – А ты говоришь как пессимистка. Но это еще не значит, что мы не сработаемся.

    — Субхашини Сен · книга