Топ-21 цитата из книги «Татьяна Фишер. В тебе есть всё. Психология полноты жизни»

Ниже 21 цитата из книги «Татьяна Фишер. В тебе есть всё. Психология полноты жизни»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Ищите свои смыслы. Ищите, как отдавать, а не только получать и наполняться.

   Ищите свои смыслы. Ищите, как отдавать, а не только получать и наполняться.
2. «

   Быть может, без ненависти нет и любви, а без настоящей тьмы нет и настоящего света.

   Быть может, без ненависти нет и любви, а без настоящей тьмы нет и настоящего света.
3. «

   Нам часто кажется, что быть слабыми, испуганными, раздражёнными или стыдящимися — не комильфо, но именно сокрытием неприятных себя мы теряем в чужих глазах доверие.

   Нам часто кажется, что быть слабыми, испуганными, раздражёнными или стыдящимися — не комильфо, но именно сокрытием неприятных себя мы теряем в чужих глазах доверие.
4. «

   Самое сложное испытание любви матери — отпускать ребёнка.

   Самое сложное испытание любви матери — отпускать ребёнка.
5. «

   Мы выросли в относительной стабильности, одетые, обутые и получившие образование, соответственно, стали социально так или иначе реализованными. Чем больше потребностей закрывается — тем больше высвобождается энергии для поиска новых смыслов. И именно наше поколение стало тем, которое столкнулось с потребностью в большем контакте с собой истинными, в близости, любви, внутренней честности. Не потому что мы травмированы, а потому что мы первые, у кого, благодаря предыдущим поколениям, есть ресурс в эти травмы смотреть и что-то с ними делать.

   Мы выросли в относительной стабильности, одетые, обутые и получившие образование, соответственно, стали социально так или иначе реализованными. Чем больше потребностей закрывается — тем больше высвобождается энергии для поиска новых смыслов. И именно наше поколение стало тем, которое столкнулось с потребностью в большем контакте с собой истинными, в близости, любви, внутренней честности. Не потому что мы травмированы, а потому что мы первые, у кого, благодаря предыдущим поколениям, есть ресурс в эти травмы смотреть и что-то с ними делать.
6. «

   Очень тяжело и неспокойно жить, когда ты не имеешь границ, словно по какой-то причине остался без кожи и связан каждым своим выходящим наружу нервным волокном со всем миром. Все связано с тобой. Ты связан со всем. Неловкий взгляд, немягкое слово извне — и ты уже летишь в пропасть паники, стыда и собственной никчемности, рассыпаясь на тысячи частей, или начинаешь яростно защищаться, чтобы в эту пропасть не упасть. И я знаю точно — для того, кто без кожи, мир колюч по определению, любое неловкое прикосновение ранит. И тут важно, как бы ни было сложно, сквозь боль увидеть, что дело не в мире, с ним все ок. И даже, как ни странно, дело не во мне. Нет виноватых. Дело в отсутствии кожи. Мир изменить, чтобы он стал мягок как материнская утроба, невозможно. А вот психологическую кожу нарастить можно. Сложно. Долго. Но можно.

   Очень тяжело и неспокойно жить, когда ты не имеешь границ, словно по какой-то причине остался без кожи и связан каждым своим выходящим наружу нервным волокном со всем миром. Все связано с тобой. Ты связан со всем. Неловкий взгляд, немягкое слово извне — и ты уже летишь в пропасть паники, стыда и собственной никчемности, рассыпаясь на тысячи частей, или начинаешь яростно защищаться, чтобы в эту пропасть не упасть. И я знаю точно — для того, кто без кожи, мир колюч по определению, любое неловкое прикосновение ранит. И тут важно, как бы ни было сложно, сквозь боль увидеть, что дело не в мире, с ним все ок. И даже, как ни странно, дело не во мне. Нет виноватых. Дело в отсутствии кожи. Мир изменить, чтобы он стал мягок как материнская утроба, невозможно. А вот психологическую кожу нарастить можно. Сложно. Долго. Но можно.
7. «

   Иногда то, что выглядит как шаг вниз, на самом деле — шаг к себе.

   Иногда то, что выглядит как шаг вниз, на самом деле — шаг к себе.
8. «

   К несложившимся отношениям причастны в равной степени оба. Их привнесенный предыдущий жизненный опыт и былые раны. Время, в которое отношения складывались, и как каждый по-своему старался, пока еще не осознавая, что многие из выученных стратегий, к сожалению, не сработают. Личный страх каждого уйти в кризис, когда он только назревал, индивидуальные внутренние конфликты, работавшие на разрушение совместного. Встретившиеся общие опыты, которые либо уплотняли связь, либо ее утончали, оставляя каждого во все большем внутреннем одиночестве. Родительские семейные системы, рождение детей, смена работ, количество денег и еще тысячи нитей извне, повлиявших на момент здесь-и-сейчас.

   К несложившимся отношениям причастны в равной степени оба. Их привнесенный предыдущий жизненный опыт и былые раны. Время, в которое отношения складывались, и как каждый по-своему старался, пока еще не осознавая, что многие из выученных стратегий, к сожалению, не сработают. Личный страх каждого уйти в кризис, когда он только назревал, индивидуальные внутренние конфликты, работавшие на разрушение совместного. Встретившиеся общие опыты, которые либо уплотняли связь, либо ее утончали, оставляя каждого во все большем внутреннем одиночестве. Родительские семейные системы, рождение детей, смена работ, количество денег и еще тысячи нитей извне, повлиявших на момент здесь-и-сейчас.
9. «

   Люди приспособились бежать и скрываться от душевной боли, выстраивать жизнь на поверхности, «наружу», чтобы не соприкасаться с «внутри». Придумали тысячи способов себя отвлекать, веселить и дурманить, чтобы не чувствовать сложного.

   Люди приспособились бежать и скрываться от душевной боли, выстраивать жизнь на поверхности, «наружу», чтобы не соприкасаться с «внутри». Придумали тысячи способов себя отвлекать, веселить и дурманить, чтобы не чувствовать сложного.
10. «

    Часто то, что выглядит как «сдаться», на самом деле — «окончить войну и начать жить».

    Часто то, что выглядит как «сдаться», на самом деле — «окончить войну и начать жить».
11. «

    А ведь, возможно, это самое главное — напитаться родительским «ты есть, ты увиден и любим» без повода. Напитаться нежностью что ли...

    А ведь, возможно, это самое главное — напитаться родительским «ты есть, ты увиден и любим» без повода. Напитаться нежностью что ли...
12. «

    Да где уже находится это самое «нормально»? На каких священных скрижалях выбиты нормы? Почему вообще точка отсчета себя начинается не внутри, а откуда-то снаружи, от некого «нормально»? Иногда мне кажется, что чувство вины и стыда, чувство ненормальности у нас как вирус, который передается через пуповину еще до рождения.

    Да где уже находится это самое «нормально»? На каких священных скрижалях выбиты нормы? Почему вообще точка отсчета себя начинается не внутри, а откуда-то снаружи, от некого «нормально»? Иногда мне кажется, что чувство вины и стыда, чувство ненормальности у нас как вирус, который передается через пуповину еще до рождения.
13. «

    В среднем человек осознаёт не более 10% своего психического (мысли, чувства, мечты). Всё остальное — подсознание.

    В среднем человек осознаёт не более 10% своего психического (мысли, чувства, мечты). Всё остальное — подсознание.
14. «

    Возможно, счастье — это состояние нуля.

    Возможно, счастье — это состояние нуля.
15. «

    Дети, которых слишком часто виноватили, вырастают во взрослых, в которых вины так много, что, с одной стороны, они перестают ее идентифицировать, а с другой — торги «виноват — не виноват» становятся фундаментом их существования.

    Дети, которых слишком часто виноватили, вырастают во взрослых, в которых вины так много, что, с одной стороны, они перестают ее идентифицировать, а с другой — торги «виноват — не виноват» становятся фундаментом их существования.
16. «

    Возможно, счастье — это когда тебя не тянет к земле и не уносит в экзальтации в небеса, когда не хочется оборачиваться назад или бежать вперёд, когда есть только этот самый миг.

    Возможно, счастье — это когда тебя не тянет к земле и не уносит в экзальтации в небеса, когда не хочется оборачиваться назад или бежать вперёд, когда есть только этот самый миг.
17. «

    Через боль человек взрослеет.

    Через боль человек взрослеет.
18. «

    Мне кажется, только прощая себя, только научившись переходить от поверхностного и тупикового переживания вины к глубинному человеческому милосердию к себе же, мы становимся душевно взрослыми, устойчивыми, зрелыми.

    Мне кажется, только прощая себя, только научившись переходить от поверхностного и тупикового переживания вины к глубинному человеческому милосердию к себе же, мы становимся душевно взрослыми, устойчивыми, зрелыми.
19. «

    Если я никогда не злюсь на тех, с кем рядом, — значит, я не рядом. Злость — признак близости. Если я никогда не злюсь на нарушение моих границ — значит, у меня нет границ. Злость — признак того, что Другой зашел на мою территорию. Если я никогда не злюсь, когда не исполняются мои мечты и намерения, — значит, я разучилась сильно хотеть. Злость — признак контакта со своими желаниями. Если я никогда не злюсь на того, кто злится на меня, — значит, я всегда буду жертвой. Злость — признак того, что я могу за себя постоять. Если я никогда не злюсь, значит, я не чувствую, где начинаюсь и заканчиваюсь, чего хочу и к чему стремлюсь, не бываю достаточно близко к другим людям и не могу себя защитить... Если я никогда не злюсь, живу ли я?

    Если я никогда не злюсь на тех, с кем рядом, — значит, я не рядом. Злость — признак близости. Если я никогда не злюсь на нарушение моих границ — значит, у меня нет границ. Злость — признак того, что Другой зашел на мою территорию. Если я никогда не злюсь, когда не исполняются мои мечты и намерения, — значит, я разучилась сильно хотеть. Злость — признак контакта со своими желаниями. Если я никогда не злюсь на того, кто злится на меня, — значит, я всегда буду жертвой. Злость — признак того, что я могу за себя постоять. Если я никогда не злюсь, значит, я не чувствую, где начинаюсь и заканчиваюсь, чего хочу и к чему стремлюсь, не бываю достаточно близко к другим людям и не могу себя защитить... Если я никогда не злюсь, живу ли я?
20. «

    Знаете, у детей, не отягощенных еще виной и стыдом, как-то искреннее и честнее все устроено: если я хочу конфету, то я либо проявляю агрессию и ее отнимаю/добиваюсь, либо признаю свое бессилие и оплакиваю то, что конфеты у меня не будет.

    Знаете, у детей, не отягощенных еще виной и стыдом, как-то искреннее и честнее все устроено: если я хочу конфету, то я либо проявляю агрессию и ее отнимаю/добиваюсь, либо признаю свое бессилие и оплакиваю то, что конфеты у меня не будет.