29 сильных цитат из книги «Теофиль Готье. Капитан Фракасс»

Ниже 29 цитат из книги «Теофиль Готье. Капитан Фракасс»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Ничто так не раздражает на театре, как запоздалые зрители, которые, войдя, двигают стулья, шумно усаживаются и отвлекают внимание от сцены.

   Ничто так не раздражает на театре, как запоздалые зрители, которые, войдя, двигают стулья, шумно усаживаются и отвлекают внимание от сцены.
2. «

   Вода привычна только для лягушек, рыб и уток, но никак не для людей; по аптечному обазцу на графинах с водой следовало бы писать: «Для наружного употребления».

   Вода привычна только для лягушек, рыб и уток, но никак не для людей; по аптечному обазцу на графинах с водой следовало бы писать: «Для наружного употребления».

   — Педант · книга
3. «

   Почему, черт возьми, несчастливцы во что бы то ни стало хотят добиться счастья? Какая нелепость!

   Почему, черт возьми, несчастливцы во что бы то ни стало хотят добиться счастья? Какая нелепость!

   — барон де Сигоньяк · книга
4. «

   Сознание бессилия, сопутствующего бедности, согнало улыбку с его лица и стерло со щек бархатистый пушок юности.

   Сознание бессилия, сопутствующего бедности, согнало улыбку с его лица и стерло со щек бархатистый пушок юности.
5. «

   Если театр изображает жизнь, значит жизнь и должна быть сходна сним, как оригинал с портретом.

   Если театр изображает жизнь, значит жизнь и должна быть сходна сним, как оригинал с портретом.

   — Ирод · книга
6. «

   Треволнения подлинной жизни не могут отвлечь актеров от их театральных страстей.

   Треволнения подлинной жизни не могут отвлечь актеров от их театральных страстей.
7. «

   Фортуна — женщина и, хотя ее почитают слепой, все же она, стоя на своем колесе, кое-когда отмечает среди толпы кавалера высокого рождения и высоких достоинств, надо только вовремя попасться ей на глаза.

   Фортуна — женщина и, хотя ее почитают слепой, все же она, стоя на своем колесе, кое-когда отмечает среди толпы кавалера высокого рождения и высоких достоинств, надо только вовремя попасться ей на глаза.

   — Изабелла · книга
8. «

   Обычно поэты, актеры и горожане безропотно сгибают спины, когда сильные мира сего удостаивают их побоев.

   Обычно поэты, актеры и горожане безропотно сгибают спины, когда сильные мира сего удостаивают их побоев.
9. «

   Разве не должны вы угадывать мои желания прежде, чем я их выскажу, по одному только взгляду, по взмаху ресниц, и без дальних слов убивать всякого, кто придется мне не по вкусу?

   Разве не должны вы угадывать мои желания прежде, чем я их выскажу, по одному только взгляду, по взмаху ресниц, и без дальних слов убивать всякого, кто придется мне не по вкусу?

   — Валломбрез · книга
10. «

    Удивляюсь, почему Фортуна ни разу не сошла со стеклянного шара у твоих дверей. Правда, эта потаскуха по причине обычного для женщин дурного вкуса осыпает милостями множество разных прощелыг и недорослей в ущерб людям заслуженным.

    Удивляюсь, почему Фортуна ни разу не сошла со стеклянного шара у твоих дверей. Правда, эта потаскуха по причине обычного для женщин дурного вкуса осыпает милостями множество разных прощелыг и недорослей в ущерб людям заслуженным.

    — Лампурд · книга
11. «

    Он не привык еще к поддельной театральной любви, под которой нередко скрывается глубокое отвращение и непримиримая вражда.

    Он не привык еще к поддельной театральной любви, под которой нередко скрывается глубокое отвращение и непримиримая вражда.
12. «

    Юность не может быть вполне несчастлива и даже самая безрадостная утешается грезами и надеждами.

    Юность не может быть вполне несчастлива и даже самая безрадостная утешается грезами и надеждами.
13. «

    Моя победа погубила меня, надолго, если не навсегда. Таков уж мой особый удел — успех меня сокрушает и, вместо того чтобы поправить мои дела, окончательно их расстраивает.

    Моя победа погубила меня, надолго, если не навсегда. Таков уж мой особый удел — успех меня сокрушает и, вместо того чтобы поправить мои дела, окончательно их расстраивает.

    — барон де Сигоньяк · книга
14. «

    В вопросах чести он был непримирим, как испанский идальго, и скорее согласился бы претерпеть тысячу смертей, нежели допустить малейшее непочтение к его возлюбленной.

    В вопросах чести он был непримирим, как испанский идальго, и скорее согласился бы претерпеть тысячу смертей, нежели допустить малейшее непочтение к его возлюбленной.
15. «

    Нам надлежит покинуть их у порога брачного покоя, напевая вполголоса на античный лад: «О Гимен, Гименей!» Таинства счастья должны быть сокрыты.

    Нам надлежит покинуть их у порога брачного покоя, напевая вполголоса на античный лад: «О Гимен, Гименей!» Таинства счастья должны быть сокрыты.
16. «

    Что мне до злобных сплетен! Лишь бы я сама сохранила уважение к себе и сознание своей чистоты.

    Что мне до злобных сплетен! Лишь бы я сама сохранила уважение к себе и сознание своей чистоты.

    — Изабелла · книга
17. «

    Мужчины забывают о нас, бедных женщинах, когда затронута их гордость, они неумолимо идут своим путем, не слыша рыданий, не видя слез, они слепы и глухи в своей жестокости.

    Мужчины забывают о нас, бедных женщинах, когда затронута их гордость, они неумолимо идут своим путем, не слыша рыданий, не видя слез, они слепы и глухи в своей жестокости.

    — Изабелла · книга
18. «

    Любовь не участвовала в заключении этого союза. Основанием его послужила одинаковая знатность рода и соседство земельных угодий.

    Любовь не участвовала в заключении этого союза. Основанием его послужила одинаковая знатность рода и соседство земельных угодий.
19. «

    Позвольте вам сказать, ваша светлость, что таким манером вы ничего не добьетесь, — заявил дядюшка Било, отвешивая смиреннейший поклон, как и подобает человеку, стоящему на самых последних ступенях общественной лестницы, когда он осмеливается противоречить лицу высокопоставленному.

    Позвольте вам сказать, ваша светлость, что таким манером вы ничего не добьетесь, — заявил дядюшка Било, отвешивая смиреннейший поклон, как и подобает человеку, стоящему на самых последних ступенях общественной лестницы, когда он осмеливается противоречить лицу высокопоставленному.
20. «

    Шпага — верный друг и хранительница жизни и чести своего владельца. Она не покидает его перед лицом бедствий, опасностей и недобрых встреч, не в пример льстецам, этим подлым прихвостням благосостояния.

    Шпага — верный друг и хранительница жизни и чести своего владельца. Она не покидает его перед лицом бедствий, опасностей и недобрых встреч, не в пример льстецам, этим подлым прихвостням благосостояния.

    — Блазиус · книга