26 цитат из книги «Уильям Шекспир. Много шума из ничего» — подборка редакции

26 цитат из книги «Уильям Шекспир. Много шума из ничего» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Кто, по-вашему, всех непригоднее быть полицейским? — Хью Овсянка или Френсис Уголек, потому что они оба читать и писать умеют.

   — Кто, по-вашему, всех непригоднее быть полицейским? — Хью Овсянка или Френсис Уголек, потому что они оба читать и писать умеют.

   — Сторож · книга
2. «

   Советовать умеет каждый в горе, Которого еще не испытал.

   Советовать умеет каждый в горе, Которого еще не испытал.
3. «

   Насколько лучше плакать от радости, чем радоваться слезам!

   Насколько лучше плакать от радости, чем радоваться слезам!

   — Леонато · книга
4. «

   В любви случайно все на свете: Есть у Амура стрелы, есть и сети.

   В любви случайно все на свете: Есть у Амура стрелы, есть и сети.

   — Геро · книга
5. «

   Для умного человека — если только ее величество Совесть этому не препятствует — выгоднее всего самому трубить о своих достоинствах.

   Для умного человека — если только ее величество Совесть этому не препятствует — выгоднее всего самому трубить о своих достоинствах.

   — Бенедикт · книга
6. «

   О Господи! Бородатый мужчина — какой ужас! Да я лучше соглашусь спать на шерстяных простынях!

   О Господи! Бородатый мужчина — какой ужас! Да я лучше соглашусь спать на шерстяных простынях!

   — Беатриче · книга
7. «

   Купидон отлично может ранить своей стрелой и через слух.

   Купидон отлично может ранить своей стрелой и через слух.

   — Геро · книга
8. «

   Я очень благодарен женщине — за то, что она меня родила, и за то, что меня выкормила, тоже нижайше благодарю; но чтобы у меня на лбу играла роговая музыка или чтобы привесить мне рожок на невидимый ремешок, — нет, тут уж пусть женщины меня извинят. Я не желаю оскорбить своим недоверием какую-нибудь одну из них и потому не верю ни одной.

   Я очень благодарен женщине — за то, что она меня родила, и за то, что меня выкормила, тоже нижайше благодарю; но чтобы у меня на лбу играла роговая музыка или чтобы привесить мне рожок на невидимый ремешок, — нет, тут уж пусть женщины меня извинят. Я не желаю оскорбить своим недоверием какую-нибудь одну из них и потому не верю ни одной.

   — Бенедикт · книга
9. «

   Слова — ветер, а бранные слова — сквозняк, который вреден.

   Слова — ветер, а бранные слова — сквозняк, который вреден.

   — Беатриче · книга
10. «

    Его верность — все равно что фасон его шляп: меняется с каждой новой болванкой.

    Его верность — все равно что фасон его шляп: меняется с каждой новой болванкой.

    — Беатриче · книга
11. «

    Победа — двойная, когда победители возвращаются без потерь.

    Победа — двойная, когда победители возвращаются без потерь.

    — Леонато · книга
12. «

    Не ценим мы того, что мы имеем, Но стоит только это потерять - Цены ему не знаем и находим В нём качества, которых не видали Мы прежде.

    Не ценим мы того, что мы имеем, Но стоит только это потерять - Цены ему не знаем и находим В нём качества, которых не видали Мы прежде.

    — Монах · книга
13. «

    Ни один умный человек умом хвалиться не станет.

    Ни один умный человек умом хвалиться не станет.

    — Беатриче · книга
14. «

    Счастлив тот, кто, услышав о своих недостатках, может исправиться.

    Счастлив тот, кто, услышав о своих недостатках, может исправиться.

    — Бенедикт · книга
15. «

    Молчание — лучший глашатай радости. Если бы я мог высказать, как я счастлив, я не был бы счастлив.

    Молчание — лучший глашатай радости. Если бы я мог высказать, как я счастлив, я не был бы счастлив.

    — Клавдио · книга
16. «

    И дикий бык свыкается с ярмом!

    И дикий бык свыкается с ярмом!

    — Клавдио · книга
17. «

    Старость в двери — ум за двери.

    Старость в двери — ум за двери.

    — Кизил · книга
18. «

    Мне доверяют, надев намордник, и дают свободу, опутав ноги.

    Мне доверяют, надев намордник, и дают свободу, опутав ноги.

    — Дон Хуан · книга
19. «

    В наши дни если человек при жизни не соорудит себе мавзолея, так о нем будут помнить только пока колокола звонят да вдова плачет.

    В наши дни если человек при жизни не соорудит себе мавзолея, так о нем будут помнить только пока колокола звонят да вдова плачет.

    — Бенедикт · книга
20. «

    Раз уж я решил жениться, так и женюсь, хотя бы весь мир был против этого.

    Раз уж я решил жениться, так и женюсь, хотя бы весь мир был против этого.

    — Бенедикт · книга