35 цитат из книги «Уильям Шекспир. Много шума из ничего»

35 цитат из книги «Уильям Шекспир. Много шума из ничего» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я не умею скрывать свои чувства: когда у меня есть причина для печали, я должен быть печальным и ни на чьи шутки не улыбаться; когда я голоден, я должен есть и никого не дожидаться; когда меня ко сну клонит, должен спать, не заботясь ни о чьих делах; когда мне весело, смеяться — и никогда не подделываться под чье бы то ни было настроение.

   Я не умею скрывать свои чувства: когда у меня есть причина для печали, я должен быть печальным и ни на чьи шутки не улыбаться; когда я голоден, я должен есть и никого не дожидаться; когда меня ко сну клонит, должен спать, не заботясь ни о чьих делах; когда мне весело, смеяться — и никогда не подделываться под чье бы то ни было настроение.

   — Дон Хуан · книга
2. «

   Для умного человека — если только ее величество Совесть этому не препятствует — выгоднее всего самому трубить о своих достоинствах.

   Для умного человека — если только ее величество Совесть этому не препятствует — выгоднее всего самому трубить о своих достоинствах.

   — Бенедикт · книга
3. «

   Что ж, по-моему, для большой похвалы она слишком мала; для высокой — слишком низка ростом; для ясной — слишком смугла. Одно могу сказать в её пользу: будь она иной, она была бы нехороша; а такая, как есть, она мне не нравится.

   Что ж, по-моему, для большой похвалы она слишком мала; для высокой — слишком низка ростом; для ясной — слишком смугла. Одно могу сказать в её пользу: будь она иной, она была бы нехороша; а такая, как есть, она мне не нравится.

   — Бенедикт · книга
4. «

   Я очень благодарен женщине — за то, что она меня родила, и за то, что меня выкормила, тоже нижайше благодарю; но чтобы у меня на лбу играла роговая музыка или чтобы привесить мне рожок на невидимый ремешок, — нет, тут уж пусть женщины меня извинят. Я не желаю оскорбить своим недоверием какую-нибудь одну из них и потому не верю ни одной.

   Я очень благодарен женщине — за то, что она меня родила, и за то, что меня выкормила, тоже нижайше благодарю; но чтобы у меня на лбу играла роговая музыка или чтобы привесить мне рожок на невидимый ремешок, — нет, тут уж пусть женщины меня извинят. Я не желаю оскорбить своим недоверием какую-нибудь одну из них и потому не верю ни одной.

   — Бенедикт · книга
5. «

   Прошу, оставь советы, Они проходят через слух бесследно, Как в решете вода. Оставь советы! Меня утешить мог бы только тот, Чьи горести совпали бы с моими.

   Прошу, оставь советы, Они проходят через слух бесследно, Как в решете вода. Оставь советы! Меня утешить мог бы только тот, Чьи горести совпали бы с моими.

   — Леонато · книга
6. «

   Мне доверяют, надев намордник, и дают свободу, опутав ноги.

   Мне доверяют, надев намордник, и дают свободу, опутав ноги.

   — Дон Хуан · книга
7. «

   Правда, на рифмы я не мастер: бился, бился — ничего не мог подобрать к «прекрасная дама» кроме «папа и мама».

   Правда, на рифмы я не мастер: бился, бился — ничего не мог подобрать к «прекрасная дама» кроме «папа и мама».

   — Бенедикт · книга
8. «

   Она любви не может и представить - Так влюблена в себя.

   Она любви не может и представить - Так влюблена в себя.

   — Геро · книга
9. «

   Если бы острое слово оставляло следы, мы бы все ходили перепачканные.

   Если бы острое слово оставляло следы, мы бы все ходили перепачканные.

   — Бенедикт · книга
10. «

    Но мужество растаяло в любезностях, доблесть — в комплиментах, и мужчины превратились в сплошное пустословие и краснобайство. Теперь Геркулес тот, кто лучше лжет и клянется.

    Но мужество растаяло в любезностях, доблесть — в комплиментах, и мужчины превратились в сплошное пустословие и краснобайство. Теперь Геркулес тот, кто лучше лжет и клянется.

    — Беатриче · книга
11. «

    Победа — двойная, когда победители возвращаются без потерь.

    Победа — двойная, когда победители возвращаются без потерь.

    — Леонато · книга
12. «

    Счастлив тот, кто, услышав о своих недостатках, может исправиться.

    Счастлив тот, кто, услышав о своих недостатках, может исправиться.

    — Бенедикт · книга
13. «

    Молчание — лучший глашатай радости. Если бы я мог высказать, как я счастлив, я не был бы счастлив.

    Молчание — лучший глашатай радости. Если бы я мог высказать, как я счастлив, я не был бы счастлив.

    — Клавдио · книга
14. «

    Сердечный избыток сердечности! Что может быть правдивее лица, омытого подобными слезами?

    Сердечный избыток сердечности! Что может быть правдивее лица, омытого подобными слезами?

    — Леонато · книга
15. «

    В наши дни если человек при жизни не соорудит себе мавзолея, так о нем будут помнить только пока колокола звонят да вдова плачет.

    В наши дни если человек при жизни не соорудит себе мавзолея, так о нем будут помнить только пока колокола звонят да вдова плачет.

    — Бенедикт · книга
16. «

    Благодарю бога и мою холодную кровь за то, что в этом я похожа на вас: для меня приятнее слушать, как моя собака лает на ворон, чем как мужчина клянется мне в любви.

    Благодарю бога и мою холодную кровь за то, что в этом я похожа на вас: для меня приятнее слушать, как моя собака лает на ворон, чем как мужчина клянется мне в любви.

    — Беатриче · книга
17. «

    Ни один умный человек умом хвалиться не станет.

    Ни один умный человек умом хвалиться не станет.

    — Беатриче · книга
18. «

    О Господи! Бородатый мужчина — какой ужас! Да я лучше соглашусь спать на шерстяных простынях!

    О Господи! Бородатый мужчина — какой ужас! Да я лучше соглашусь спать на шерстяных простынях!

    — Беатриче · книга
19. «

    Его верность — все равно что фасон его шляп: меняется с каждой новой болванкой.

    Его верность — все равно что фасон его шляп: меняется с каждой новой болванкой.

    — Беатриче · книга
20. «

    И дикий бык свыкается с ярмом!

    И дикий бык свыкается с ярмом!

    — Клавдио · книга