29 фраз из книги «Умберто Эко. Имя розы» — избранное

Собрали 29 цитат из книги «Умберто Эко. Имя розы» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Единственные полезные истины — это орудия, которые потом отбрасывают.

   Единственные полезные истины — это орудия, которые потом отбрасывают.
2. «

   Чтобы воротить стадо, надо было воротить отверженных.

   Чтобы воротить стадо, надо было воротить отверженных.
3. «

   Сумасшедшие и дети всегда глаголют истину.

   Сумасшедшие и дети всегда глаголют истину.
4. «

   Дьявол — это не победа плоти. Дьявол — это высокомерие духа. Это верование без улыбки. Это истина, никогда не подвергающаяся сомнению.

   Дьявол — это не победа плоти. Дьявол — это высокомерие духа. Это верование без улыбки. Это истина, никогда не подвергающаяся сомнению.

   — Вильгельм · книга
5. «

   — Но чем так опасен смех, преподобный Хорхе? — Смех убивает страх, а без страха нет веры. Потому что кто не боится дьявола, тому не нужен бог.

   — Но чем так опасен смех, преподобный Хорхе? — Смех убивает страх, а без страха нет веры. Потому что кто не боится дьявола, тому не нужен бог.

   — Хорхе Бургосский · книга
6. «

   «В мире всякое творенье — книга и изображение... — пробормотал я. — Обозначить что?» «Этого-то я и не знаю. Но не будем забывать, что существуют знаки, притворяющиеся значищими, а на самом деле лишенные смысла, как тру-ту-ту или тра-та-та...» «Чудовищно, — вскричал я, — убивать человека, чтобы сказать тра-та-та!» «Чудовищно, — откликнулся Вильгельм, — убивать человека и чтобы сказать Верую во единого Бога...»

   «В мире всякое творенье — книга и изображение... — пробормотал я. — Обозначить что?» «Этого-то я и не знаю. Но не будем забывать, что существуют знаки, притворяющиеся значищими, а на самом деле лишенные смысла, как тру-ту-ту или тра-та-та...» «Чудовищно, — вскричал я, — убивать человека, чтобы сказать тра-та-та!» «Чудовищно, — откликнулся Вильгельм, — убивать человека и чтобы сказать Верую во единого Бога...»

   — Вильгельм Барскельвийский · книга
7. «

   Город всегда порочен.

   Город всегда порочен.
8. «

   И учти, что первейший долг порядочного следователя — подозревать именно тех, кто кажется честным.

   И учти, что первейший долг порядочного следователя — подозревать именно тех, кто кажется честным.

   — Вильгельм Барскельвийский · книга
9. «

   Ничто так не подбадривает струсившего, как трусость другого человека.

   Ничто так не подбадривает струсившего, как трусость другого человека.
10. «

    Ибо любой допрашиваемый, как правило, страшится, что его подозревают, и поэтому говорит следователю именно то, что может навлечь подозрения на другого человека.

    Ибо любой допрашиваемый, как правило, страшится, что его подозревают, и поэтому говорит следователю именно то, что может навлечь подозрения на другого человека.
11. «

    После этого, за много лет, по многим другим чтениям я убедился, что, читая книги по медицине, почти всегда начинаешь испытывать те самые боли, о которых рассказывается.

    После этого, за много лет, по многим другим чтениям я убедился, что, читая книги по медицине, почти всегда начинаешь испытывать те самые боли, о которых рассказывается.
12. «

    Однако в сознании всё было перепутано, поскольку отдых среди дня никогда не идёт на пользу телу, и покой мы обретаем, только если спим в ночные часы.

    Однако в сознании всё было перепутано, поскольку отдых среди дня никогда не идёт на пользу телу, и покой мы обретаем, только если спим в ночные часы.

    — Адсон Мелькский · книга
13. «

    Библиотека содержит свидетельства истины и свидетельства лжи.

    Библиотека содержит свидетельства истины и свидетельства лжи.
14. «

    Наивысшее счастье — иметь, что имеешь.

    Наивысшее счастье — иметь, что имеешь.
15. «

    И поэтому, чтобы не выглядеть дураком потом, я предпочитаю не выглядеть молодцом сначала.

    И поэтому, чтобы не выглядеть дураком потом, я предпочитаю не выглядеть молодцом сначала.
16. «

    Как хорош был бы мир, если б имелось правило хождения по лабиринтам.

    Как хорош был бы мир, если б имелось правило хождения по лабиринтам.
17. «

    Исходный порядок — это как сеть, или как лестница, которую используют, чтоб куда-нибудь подняться.

    Исходный порядок — это как сеть, или как лестница, которую используют, чтоб куда-нибудь подняться.
18. «

    Краса космоса является не только в единстве разнообразия, но и в разнообразии единства.

    Краса космоса является не только в единстве разнообразия, но и в разнообразии единства.
19. «

    Смех свидетельствует о глупости. Смеющийся и не почитает то, над чем смеется, и не ненавидит его. Таким образом, смеяться над злом означает быть неготовым к борьбе с оным, а смеяться над добром означает не почитать ту силу, которою добро само распространяется.

    Смех свидетельствует о глупости. Смеющийся и не почитает то, над чем смеется, и не ненавидит его. Таким образом, смеяться над злом означает быть неготовым к борьбе с оным, а смеяться над добром означает не почитать ту силу, которою добро само распространяется.

    — Хорхе Бургосский · книга
20. «

    «Кстати, не очень обольщайся по поводу этих реликвий. Обломков креста я перевидал очень много и в самых разных церквах. Если все они подлинные, значит, нашего Господа терзали не на двух скрещенных бревнах, а на целом заборе…» «Учитель!» — вскричал я, потрясённый. «Но это так, Адсон. А бывают ещё более роскошные реликвии. Когда-то в Кельнском соборе я видел череп Иоанна Крестителя в возрасте двенадцати лет…» «Какое диво! — отозвался я с восхищением. И сразу же, усомнившись, воскликнул: — Но ведь Креститель погиб в более зрелом возрасте!» «Другой череп, должно быть, в другой сокровищнице», — невозмутимо отвечал Вильгельм.

    «Кстати, не очень обольщайся по поводу этих реликвий. Обломков креста я перевидал очень много и в самых разных церквах. Если все они подлинные, значит, нашего Господа терзали не на двух скрещенных бревнах, а на целом заборе…» «Учитель!» — вскричал я, потрясённый. «Но это так, Адсон. А бывают ещё более роскошные реликвии. Когда-то в Кельнском соборе я видел череп Иоанна Крестителя в возрасте двенадцати лет…» «Какое диво! — отозвался я с восхищением. И сразу же, усомнившись, воскликнул: — Но ведь Креститель погиб в более зрелом возрасте!» «Другой череп, должно быть, в другой сокровищнице», — невозмутимо отвечал Вильгельм.

    — Уильям Баскервильский · книга