30 цитат из книги «Умберто Эко. Имя розы» с глубоким смыслом

Собрали 30 цитат из книги «Умберто Эко. Имя розы» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   И инквизитор бывает орудием дьявола.

   И инквизитор бывает орудием дьявола.
2. «

   Это было — сейчас я пытаюсь понять — как если бы вся совокупность мироздания, которая несомненно являет собою книгу, начертанную перстом Божиим, в которой каждая малая вещь говорит о несказуемой благости сотворившего, где каждое творение — книга и изображение, отраженье в зеркале, в которой самая жалкая роза принимает значение глоссы нашего жизненного пути, в общем, как если бы вся вселенная ни о чем другом мне не говорила и ничего не показывала мне, кроме того лица, черты которого я еле-еле сумел разглядеть в потемках ночи, на кухне.

   Это было — сейчас я пытаюсь понять — как если бы вся совокупность мироздания, которая несомненно являет собою книгу, начертанную перстом Божиим, в которой каждая малая вещь говорит о несказуемой благости сотворившего, где каждое творение — книга и изображение, отраженье в зеркале, в которой самая жалкая роза принимает значение глоссы нашего жизненного пути, в общем, как если бы вся вселенная ни о чем другом мне не говорила и ничего не показывала мне, кроме того лица, черты которого я еле-еле сумел разглядеть в потемках ночи, на кухне.
3. «

   Ничто так не подбадривает струсившего, как трусость другого человека.

   Ничто так не подбадривает струсившего, как трусость другого человека.
4. «

   «Кстати, не очень обольщайся по поводу этих реликвий. Обломков креста я перевидал очень много и в самых разных церквах. Если все они подлинные, значит, нашего Господа терзали не на двух скрещенных бревнах, а на целом заборе…» «Учитель!» — вскричал я, потрясённый. «Но это так, Адсон. А бывают ещё более роскошные реликвии. Когда-то в Кельнском соборе я видел череп Иоанна Крестителя в возрасте двенадцати лет…» «Какое диво! — отозвался я с восхищением. И сразу же, усомнившись, воскликнул: — Но ведь Креститель погиб в более зрелом возрасте!» «Другой череп, должно быть, в другой сокровищнице», — невозмутимо отвечал Вильгельм.

   «Кстати, не очень обольщайся по поводу этих реликвий. Обломков креста я перевидал очень много и в самых разных церквах. Если все они подлинные, значит, нашего Господа терзали не на двух скрещенных бревнах, а на целом заборе…» «Учитель!» — вскричал я, потрясённый. «Но это так, Адсон. А бывают ещё более роскошные реликвии. Когда-то в Кельнском соборе я видел череп Иоанна Крестителя в возрасте двенадцати лет…» «Какое диво! — отозвался я с восхищением. И сразу же, усомнившись, воскликнул: — Но ведь Креститель погиб в более зрелом возрасте!» «Другой череп, должно быть, в другой сокровищнице», — невозмутимо отвечал Вильгельм.

   — Уильям Баскервильский · книга
5. «

   Поздно, — сказал Вильгельм. — А когда времени не хватает, хуже всего — потерять спокойствие. Мы должны вести себя так, будто в запасе вечность.

   Поздно, — сказал Вильгельм. — А когда времени не хватает, хуже всего — потерять спокойствие. Мы должны вести себя так, будто в запасе вечность.

   — Вильгельм Барскельвийский · книга
6. «

   Никто и никогда не понуждает знать. Знать просто следует, вот и всё. Даже если рискуешь понять неправильно.

   Никто и никогда не понуждает знать. Знать просто следует, вот и всё. Даже если рискуешь понять неправильно.

   — Вильгельм Барскельвийский · книга
7. «

   Книги пишутся не для того, чтоб в них верили, а для того, чтобы их обдумывали. Имея перед собою книгу, каждый должен стараться понять не что она высказывает, а что она хочет высказать.

   Книги пишутся не для того, чтоб в них верили, а для того, чтобы их обдумывали. Имея перед собою книгу, каждый должен стараться понять не что она высказывает, а что она хочет высказать.
8. «

   И учти, что первейший долг порядочного следователя — подозревать именно тех, кто кажется честным.

   И учти, что первейший долг порядочного следователя — подозревать именно тех, кто кажется честным.

   — Вильгельм Барскельвийский · книга
9. «

   Чтоб существовало отражение мира, мир должен иметь форму.

   Чтоб существовало отражение мира, мир должен иметь форму.
10. «

    От вожделения добра до вожделения зла один шаг: оба суть вожделения.

    От вожделения добра до вожделения зла один шаг: оба суть вожделения.
11. «

    Повсюду искал я покоя и в одном лишь месте обрёл его — в углу, с книгою.

    Повсюду искал я покоя и в одном лишь месте обрёл его — в углу, с книгою.
12. «

    Единственные полезные истины — это орудия, которые потом отбрасывают.

    Единственные полезные истины — это орудия, которые потом отбрасывают.
13. «

    Мир наш старится.

    Мир наш старится.
14. «

    Предполагается, что можно удержать душу от греха при помощи страха и что страх сильнее тяги к протесту.

    Предполагается, что можно удержать душу от греха при помощи страха и что страх сильнее тяги к протесту.

    — Вильгельм Барскельвийский · книга
15. «

    Учёные новых дней — чаще всего карлики на плечах карликов...

    Учёные новых дней — чаще всего карлики на плечах карликов...
16. «

    Сон — это писание. А многие писания не более чем сны.

    Сон — это писание. А многие писания не более чем сны.
17. «

    Исходный порядок — это как сеть, или как лестница, которую используют, чтоб куда-нибудь подняться.

    Исходный порядок — это как сеть, или как лестница, которую используют, чтоб куда-нибудь подняться.
18. «

    Кстати, не очень обольщайся по поводу этих реликвий. Обломков креста я перевидал очень много и в самых разных церквах. Если все они подлинные, значит, нашего Господа терзали не на двух скрещённых брёвнах, а на целом заборе...

    Кстати, не очень обольщайся по поводу этих реликвий. Обломков креста я перевидал очень много и в самых разных церквах. Если все они подлинные, значит, нашего Господа терзали не на двух скрещённых брёвнах, а на целом заборе...
19. «

    И поэтому, чтобы не выглядеть дураком потом, я предпочитаю не выглядеть молодцом сначала.

    И поэтому, чтобы не выглядеть дураком потом, я предпочитаю не выглядеть молодцом сначала.
20. «

    Только мелкие люди кажутся совершенно нормальными.

    Только мелкие люди кажутся совершенно нормальными.