41 цитата из книги «Виктория Шваб. Тени сгущаются» — читать онлайн

Собрали 41 цитата из книги «Виктория Шваб. Тени сгущаются» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Знаешь, вообще-то люди именно для этого и переодеваются. Чтобы остаться неузнанными.

   Знаешь, вообще-то люди именно для этого и переодеваются. Чтобы остаться неузнанными.

   — Келл · книга
2. «

   Править королевством – дело тонкое. – Каждый поступок несет в себе глубокий смысл, имеет значение.

   Править королевством – дело тонкое. – Каждый поступок несет в себе глубокий смысл, имеет значение.
3. «

   — Тебе говорили, что такую хитрую голову нелегко удержать на плечах? — Хитрую. Буйную. Безрассудную. Слышала много раз. Удивительно, что до сих пор жива.

   — Тебе говорили, что такую хитрую голову нелегко удержать на плечах? — Хитрую. Буйную. Безрассудную. Слышала много раз. Удивительно, что до сих пор жива.

   — Тирен · книга
4. «

   — Привязанность – это слабость, – машинально ответила она. При этих словах Алукард перестал улыбаться. Он отставил бокал, подался вперед и долго всматривался в ее лицо, потом сказал: — Прости. – Тон его был таким серьезным, что у Лайлы сразу вспыхнули подозрения. У Алукарда было много добродетелей, но искренность в их число не входила. — За то, что сумел мне понравиться? Он покачал головой. — За все, что с тобой случилось. За всех, кто так сильно обидел тебя, что друзей и привязанности ты считаешь оружием, а не защитой. У Лайлы запылали щеки. — Это помогло мне сохранить жизнь. — Возможно. Но жизнь без удовольствий не имеет смысла.

   — Привязанность – это слабость, – машинально ответила она. При этих словах Алукард перестал улыбаться. Он отставил бокал, подался вперед и долго всматривался в ее лицо, потом сказал: — Прости. – Тон его был таким серьезным, что у Лайлы сразу вспыхнули подозрения. У Алукарда было много добродетелей, но искренность в их число не входила. — За то, что сумел мне понравиться? Он покачал головой. — За все, что с тобой случилось. За всех, кто так сильно обидел тебя, что друзей и привязанности ты считаешь оружием, а не защитой. У Лайлы запылали щеки. — Это помогло мне сохранить жизнь. — Возможно. Но жизнь без удовольствий не имеет смысла.

   — Дилайла Бард · книга
5. «

   Воровка – это навсегда.

   Воровка – это навсегда.

   — Дилайла Бард · книга
6. «

   Если тебя положат в ящик и закопают в землю – это само по себе ужасно. Но быть погребенным здесь, когда тебя отгораживают от мира тяжелые каменные плиты… Келл никогда не понимал, почему жители Серого мира запечатывают своих мертвых в золото, дерево и камень, как будто в пустой оболочке остается частичка умершего. А если и впрямь остается? Какое жестокое наказание.

   Если тебя положат в ящик и закопают в землю – это само по себе ужасно. Но быть погребенным здесь, когда тебя отгораживают от мира тяжелые каменные плиты… Келл никогда не понимал, почему жители Серого мира запечатывают своих мертвых в золото, дерево и камень, как будто в пустой оболочке остается частичка умершего. А если и впрямь остается? Какое жестокое наказание.
7. «

   Одобрять и разрешать – это не одно и то же.

   Одобрять и разрешать – это не одно и то же.

   — Тирен · книга
8. «

   Чем крупней противник, тем громче он падает.

   Чем крупней противник, тем громче он падает.

   — Дилайла Бард · книга
9. «

   Истина – лучшее прикрытие.

   Истина – лучшее прикрытие.
10. «

    — Давно не видала тебя на лондонской земле. Должно быть, прибыл на турнир? — Ты же меня знаешь, Джаста. Не мог упустить случая выставить себя дураком.

    — Давно не видала тебя на лондонской земле. Должно быть, прибыл на турнир? — Ты же меня знаешь, Джаста. Не мог упустить случая выставить себя дураком.

    — Алукард · книга
11. «

    — Опять ты меня выручил, – пробормотал Рай, опуская голову Келлу на плечо. – Не даешь мне упасть. — Чтобы ты, падая, утащил меня за собой?

    — Опять ты меня выручил, – пробормотал Рай, опуская голову Келлу на плечо. – Не даешь мне упасть. — Чтобы ты, падая, утащил меня за собой?

    — Келл · книга
12. «

    Страна – это еще не человек, но человек – это страна.

    Страна – это еще не человек, но человек – это страна.
13. «

    — Я же говорил, что магия – это как беседа… — А еще ты говорил про океан, – перебила Лайла, – и про открытую дверь, а однажды даже назвал магию кошкой!

    — Я же говорил, что магия – это как беседа… — А еще ты говорил про океан, – перебила Лайла, – и про открытую дверь, а однажды даже назвал магию кошкой!

    — Дилайла Бард · книга
14. «

    Тайны гораздо интереснее, чем правда.

    Тайны гораздо интереснее, чем правда.
15. «

    — А какая привычка у тебя? – спросил он, протягивая фляжку. Лайла взяла ее, но пить не стала. Лишь игриво наклонила голову: — А как ты думаешь? Алукард прищурился, как будто искал ответ в морозном воздухе. Вдруг его глаза распахнулись в шутливом озарении. — Ты заправляешь волосы за ухо, – сказал он. – Но только справа. Всегда, когда нервничаешь. Наверное, чтобы не крутить ничего в руках. Лайла нехотя улыбнулась: — Жест ты заметил, но причину не понял. — Просвети же меня. — Когда люди волнуются, они стремятся скрыть лицо, – объяснила она. – Я заправляю волосы за ухо, чтобы показать противнику – жертве, сопернику, кому угодно, – что я не прячусь. Я смотрю им в глаза и требую, чтобы они смотрели в глаза мне. Алукард приподнял бровь: — Точнее, в глаз. Фляжка в ее руке вздрогнула. Она вскрикнула, сначала от неожиданности, потом от боли – жидкость обожгла руку. Фляжка выпала и разбилась о палубу. — Что ты сказал? – прошептала Лайла.

    — А какая привычка у тебя? – спросил он, протягивая фляжку. Лайла взяла ее, но пить не стала. Лишь игриво наклонила голову: — А как ты думаешь? Алукард прищурился, как будто искал ответ в морозном воздухе. Вдруг его глаза распахнулись в шутливом озарении. — Ты заправляешь волосы за ухо, – сказал он. – Но только справа. Всегда, когда нервничаешь. Наверное, чтобы не крутить ничего в руках. Лайла нехотя улыбнулась: — Жест ты заметил, но причину не понял. — Просвети же меня. — Когда люди волнуются, они стремятся скрыть лицо, – объяснила она. – Я заправляю волосы за ухо, чтобы показать противнику – жертве, сопернику, кому угодно, – что я не прячусь. Я смотрю им в глаза и требую, чтобы они смотрели в глаза мне. Алукард приподнял бровь: — Точнее, в глаз. Фляжка в ее руке вздрогнула. Она вскрикнула, сначала от неожиданности, потом от боли – жидкость обожгла руку. Фляжка выпала и разбилась о палубу. — Что ты сказал? – прошептала Лайла.

    — Дилайла Бард · книга
16. «

    Уйти было легко. Не оглядываться – гораздо труднее.

    Уйти было легко. Не оглядываться – гораздо труднее.

    — Дилайла Бард · книга
17. «

    Смотреть – это самый быстрый способ чему-то научиться. И к тому же помогает остаться в живых.

    Смотреть – это самый быстрый способ чему-то научиться. И к тому же помогает остаться в живых.

    — Дилайла Бард · книга
18. «

    Слишком мало – это так же опасно, как слишком много.

    Слишком мало – это так же опасно, как слишком много.
19. «

    — Могла бы просто спросить меня. — И получать ответы, в каждом из которых спрятан вопрос? Ты меня без конца прощупываешь. — Говорят, я прощупываю довольно приятно. – Лайла фыркнула в бокал. – Нельзя винить капитана в том, что он хочет узнать побольше о своей команде. — И нельзя винить воровку в том, что она хранит свои секреты.

    — Могла бы просто спросить меня. — И получать ответы, в каждом из которых спрятан вопрос? Ты меня без конца прощупываешь. — Говорят, я прощупываю довольно приятно. – Лайла фыркнула в бокал. – Нельзя винить капитана в том, что он хочет узнать побольше о своей команде. — И нельзя винить воровку в том, что она хранит свои секреты.

    — Дилайла Бард · книга
20. «

    — Ты его знаешь? – спросил Келл у Лайлы. — Конечно, она меня знает, – приосанился Алукард. – Бард служит под моей командой на «Ночном шпиле». — Я его лучшая воровка. — Бард, – укорил ее Алукард. – В присутствии особ королевской крови мы не называем это воровством.

    — Ты его знаешь? – спросил Келл у Лайлы. — Конечно, она меня знает, – приосанился Алукард. – Бард служит под моей командой на «Ночном шпиле». — Я его лучшая воровка. — Бард, – укорил ее Алукард. – В присутствии особ королевской крови мы не называем это воровством.

    — Дилайла Бард · книга