Слово сильное, как Зевсовы стрелы, Сразу станет говном, если не скрепляется с делом. И сколько лет уже горят пламенные речи И все живем, как в стаде, как-то по-человечьи.
Забивайся в угол и позабудь о светлом, Закрывайся от всех щитами из стали, Спрячь искренность, так, чтобы не отыскали, А я верить буду, пока сам не умру, Что еще можно зажечь в твоих глазах искру.
Жадные до жира на сердцах управленцы, Войны овощей в пределах одной клумбы, Наркоманы, детоубийцы, извращенцы. Всё это дело рук наших собственных джунглей.
Молимся за молодого, с бесами за плечом, Ярость отпустит, пусть и будет прощен, Молимся за свет среди густого мрака, Да не потянется кровь лить твоя рука! Молимся тише ночью полушепотом, Пока нож бешеный тешится с животом, От полудня уже рать собираем словом, И пусть молится тот, за кем идем...
Хищники раздирают горячее еще тело, Все они правы, это жертва не успела. Но вот Акелла промахнулся, на охоте провал, Смерть голодная заберет его и будет права.