62 цитаты из песни «Тэм Гринхилл», которые захочется сохранить

62 цитаты из песни «Тэм Гринхилл» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я выношу с поля боя Тело светлой надежды, На моем плече мудрый ворон Держит склянку с живой водой. Мы, конечно же, все исправим, Будет даже лучше, чем прежде, Только мнится, смотрюсь я старше Лет на 200, кода седой.

   Я выношу с поля боя Тело светлой надежды, На моем плече мудрый ворон Держит склянку с живой водой. Мы, конечно же, все исправим, Будет даже лучше, чем прежде, Только мнится, смотрюсь я старше Лет на 200, кода седой.
2. «

   Подари мне бездонный взгляд, Знак на память через века.

   Подари мне бездонный взгляд, Знак на память через века.
3. «

   В балладах ты живёшь другою жизнью, Когда поёшь, то счастлив ты вполне. Но спета песня, и печали призрак Останется с тобой наедине.

   В балладах ты живёшь другою жизнью, Когда поёшь, то счастлив ты вполне. Но спета песня, и печали призрак Останется с тобой наедине.
4. «

   Это время, когда всем рифмам И словам предпочту молчание. Если хочешь нарушить тайну, Я легко прочту по глазам.

   Это время, когда всем рифмам И словам предпочту молчание. Если хочешь нарушить тайну, Я легко прочту по глазам.
5. «

   Менестреля крылатое сердце легко поразить; И метался в лучистых глазах сумасшедший огонь. Он стоял, без надежды её полюбить, Бесполезный клинок по привычке сжимала ладонь. И была их любовь словно пламя костра на ветру, Что погаснет под утро под мелким осенним дождём. Пусть когда-нибудь в песне счастливой поэты соврут, Но я знаю – лишь день, только день они были вдвоём.

   Менестреля крылатое сердце легко поразить; И метался в лучистых глазах сумасшедший огонь. Он стоял, без надежды её полюбить, Бесполезный клинок по привычке сжимала ладонь. И была их любовь словно пламя костра на ветру, Что погаснет под утро под мелким осенним дождём. Пусть когда-нибудь в песне счастливой поэты соврут, Но я знаю – лишь день, только день они были вдвоём.
6. «

   Память — подвижная змейка песка в руках.

   Память — подвижная змейка песка в руках.
7. «

   Эй, вставайте все, кому не спится, Кто еще не верит, что нам конец - Выйдем в поле и будем биться, Не скрывая живых сердец За бесчувственной сталью И цинизмом речей.

   Эй, вставайте все, кому не спится, Кто еще не верит, что нам конец - Выйдем в поле и будем биться, Не скрывая живых сердец За бесчувственной сталью И цинизмом речей.
8. «

   Ветер, дай мне тяжесть белоснежных одежд; Сколько можно пить и от рутины тупеть! Бросив людям серебро бессмертных надежд, Я пойду по свету плакать и петь.

   Ветер, дай мне тяжесть белоснежных одежд; Сколько можно пить и от рутины тупеть! Бросив людям серебро бессмертных надежд, Я пойду по свету плакать и петь.
9. «

   Полночь, дай на плащ мне черный неба лоскут, Я закрою раны от дотошных людей. И в базарный день ручную птицу-тоску Я продам бродячей ведьме-беде.

   Полночь, дай на плащ мне черный неба лоскут, Я закрою раны от дотошных людей. И в базарный день ручную птицу-тоску Я продам бродячей ведьме-беде.
10. «

    Я был наемником Света, я был заложником Тьмы. Я умер за час до победы, но выжил во время чумы. Я был безоружным бродягой, я был убийцей в строю. Я дрался под белым флагом за счастье в чужом краю.

    Я был наемником Света, я был заложником Тьмы. Я умер за час до победы, но выжил во время чумы. Я был безоружным бродягой, я был убийцей в строю. Я дрался под белым флагом за счастье в чужом краю.
11. «

    Снова я в мокром и грязном плаще тащусь через хляби чужих земель, Снова мне в жизни немного надо — хлеба и добрый стакан коньяка. Лютня меня обнимает за плечи, я последний спятивший менестрель, И безумье мое идет впереди, и знамя несет в руках.

    Снова я в мокром и грязном плаще тащусь через хляби чужих земель, Снова мне в жизни немного надо — хлеба и добрый стакан коньяка. Лютня меня обнимает за плечи, я последний спятивший менестрель, И безумье мое идет впереди, и знамя несет в руках.
12. «

    Словом брошенным Будет разрушен покой И живое тепло.

    Словом брошенным Будет разрушен покой И живое тепло.
13. «

    Если не сковано сердце сталью неверных решений, Не сможет стрела чужая пробить открытую грудь. И будут слова для песни, для спора и утешенья, И будет дорога к дому наградой за долгий труд. Не дай нам, Господи, неверного пути. Да не коснутся руки жадной стали.

    Если не сковано сердце сталью неверных решений, Не сможет стрела чужая пробить открытую грудь. И будут слова для песни, для спора и утешенья, И будет дорога к дому наградой за долгий труд. Не дай нам, Господи, неверного пути. Да не коснутся руки жадной стали.
14. «

    Посмотри – ночь кругом, В небе звёзды горят, Лишь деревья твои Меж собой говорят. Взявшись за руки, мы Словно дети идём Посреди звёзд и тьмы, Мы с тобою вдвоём.

    Посмотри – ночь кругом, В небе звёзды горят, Лишь деревья твои Меж собой говорят. Взявшись за руки, мы Словно дети идём Посреди звёзд и тьмы, Мы с тобою вдвоём.
15. «

    Hе пpоси меня петь о любви в эту ночь у костpа, Hе пpоси называть имена — ты же понял всё сам. Hе сули за балладу неспетую гоpсть сеpебpа - Всё pавно эту тайну я, стpанник, тебе не отдам.

    Hе пpоси меня петь о любви в эту ночь у костpа, Hе пpоси называть имена — ты же понял всё сам. Hе сули за балладу неспетую гоpсть сеpебpа - Всё pавно эту тайну я, стpанник, тебе не отдам.
16. «

    Я знаю – мне ещё далеко, Сквозь ночь и память, сны и дожди. Но я успею – у меня есть крылья; Их плохо видно под смертной пылью. Я умею летать…

    Я знаю – мне ещё далеко, Сквозь ночь и память, сны и дожди. Но я успею – у меня есть крылья; Их плохо видно под смертной пылью. Я умею летать…
17. «

    Перемирие – время забыться И просто любить…

    Перемирие – время забыться И просто любить…
18. «

    Мы с тобою пройдём Через тысячу лет. И мы будем вдвоём, У любви смерти нет.

    Мы с тобою пройдём Через тысячу лет. И мы будем вдвоём, У любви смерти нет.
19. «

    Снова поёт под моим окном осень — рыжая бестия. Я выхожу на порог в халате, а она танцует в ярких шелках. «Я не готов принимать вас, леди: для меня ваш визит, как бедствие...» А она, смеясь, шагает ко мне и отраву несёт в руках.

    Снова поёт под моим окном осень — рыжая бестия. Я выхожу на порог в халате, а она танцует в ярких шелках. «Я не готов принимать вас, леди: для меня ваш визит, как бедствие...» А она, смеясь, шагает ко мне и отраву несёт в руках.
20. «

    Мы оставим свой след на неостывшей золе, Прежде чем нас убьют за выражение глаз

    Мы оставим свой след на неостывшей золе, Прежде чем нас убьют за выражение глаз