Простите нас, что мы не сберегли жизнь! Простите нас, что верили только в реализм! Простите! Если наши дети это не услышат — простите! Если вы, как мы, в душе еще спите!
Ты сейчас, действительно, напрасно плачешь. Для сердца черствого слезы ничего не значат. Просто я, как пачка дурных качеств. Словом, дело не в тебе, прощай. Удачи.
Знаешь, я тот ещё педант и циник. Я не из тех, явно, кто тебя оценит. Я неврастеник от истерик, кидаю сплин. Как понедельник скучный, холодный, как сотня зим.
Это конец и как-то пусто внутри. Прошу, не мучай номер, Лучше сотри. Время пройдёт, Забуду как... ты могла любить. И, может, осознаю, Что нам этого не повторить.
Мы мыслим чуть иначе, Чем иные, между прочим, Отточим то, чем мы богаче — То, что ты слышать хочешь! Мечем горящие мечи Методом, что утрачен, Причин и смысла не ищи — Мы мыслим чуть иначе!
Разве Я бы дерзнул, но в новизну В описании бездны глаз, тех в коих Я тону. Фразы так не любезны, слова всё лгут, И ну уместны песни с грустью, Струны как прут, О муза молю тебя, будь верной мне в труде сим сокровенном, Пусть внемлет того создания небесного, Позволь поведать ей насколько бедствую, Как трепетно мысли порхают когда рядом с ней, И кроме встречи Я не чаю прочих радостей, Отрада дней и ночей, мечты сладостные, Всё она, всё она одна, но как подойти, Не смею даже шепотом имя её вымолвить, Пусть тлеет душа робкая, лишь вижу её издали, Но мне довольно быть тенью попросту, Восхищаться голосом, любоваться поступью.