Алан Дитон

– По правде я не знаю, вернётся ли он вообще когда-нибудь. С одной стороны я надеюсь на это... но с другой, я надеюсь, что в другом месте ему будет лучше. Отец, похоже, решил задержаться на какое-то время. Но то, что он решил остаться... не означает, что ему тут рады. Мы со Стайлзом чувствуем это каждый день. Так, как Вы и говорили. И это заставляет меня вспомнить цитату, с которой Дженнифер начала наш первый урок. И когда я это чувствую... ощущение такое... словно сердце окутывает тьма. – И как ты с этим справляешься? – Смотрю на друзей.

Когда скорпион попросил жабу перевезти его через реку, та спросила: «Откуда мне знать, что ты меня не ужалишь?», и скорпион ответил: «Зачем мне это делать? Мы же оба погибнем». Жаба согласилась. На середине реки скорпион ужалил жабу, и она спросила: «Зачем ты это сделал? Мы ведь теперь оба погибнем», а скорпион ответил: «Такова моя природа».

Ты забрал часть его боли. Совсем небольшую. Но иногда малое может быть более значимым.

– Твои глаза... были красными. Ярко-красными. – Как такое может быть? <...> – Это редкость. Такого не случалось уже сотню лет, но иногда бета может стать альфой, не крадя и не отнимая чужую силу. Таких называют «истинный альфа». Такими становятся только благодаря силе своего характера, достоинству, силе воли. – Вы знали, что так будет? – Я верил в это. Верил с того самого момента, как узнал, что тебя укусили. – И не вы один. – Девкалион пришёл не за Дереком. Он пришёл за тобой.

— Ты когда-нибудь слышал термин «регрессия к среднему значению»? — Нет. — Это технический способ сказать «всё возвращается на круги своя». — То есть всегда становится лучше? — Скорее... не может всегда быть плохо. — И не важно, сколько плохого произошло? — Или... хорошего. — Всегда должно быть равновесие... — ... Регрессия к среднему значению.

— Как мне остановить их? — Не останавливай их. Возглавь их.

— Похоже, что твоё подсознание пытается с тобой общаться. — И как мне сказать своему подсознанию, чтобы оно использовало известный мне язык?

– Он выглядит так, словно не переживёт даже пощёчины, не говоря уже про укус оборотня. – Думаешь, это не сработает? – Это скорее война разума, а не тела. Есть лучший способ выиграть эту войну. – Какой способ? – Заберёмся к нему в голову.

Подсознание может стать проводником к нашей памяти. Сны и видения могут стать мощным инструментом, помогающим вспомнить.

— Этим займешься ты, Стайлз. Только ты. — Ох, звучит настораживающе. Может, найдем мне менее ответственное задание?

Это чем-то похоже на синдром фантомной конечности. Бывает на войне. Пациенту кажется, что ампутированная конечность зудит и он чувствует боль, которой быть просто не может. Недостающая конечность так важна, и мозг полагает, что она всё ещё на месте.