Боб Александр

— Мистер спикер. Вице-президент. Члены Конгресса. Мои соотечественники. Я бы хотел присутствовать здесь при других обстоятельствах. Есть множество проблем, которые стоило бы обсудить. Но сейчас это невозможно. Как всем нам известно, мой бывший помощник обвинил меня в махинациях с Первым Свободным Займом. Раз люди заинтересовались этим, трудно будет говорить о чем-то другом. Давайте поговорим. Боб Александер обвинил меня... Позвольте, я зачитаю, чтобы быть уверенным: «Незаконное влияние на контролеров от имени главной кампании вкладчиков. Вмешательство в расследование, проводимое министерством Юстиции и нарушение федерального закона о выборах». Теперь давайте поговорим по существу. Каждое из этих обвинений — абсолютная правда. — Сдохни, мерзкая тварь! — Я — президент, и этим, как говорится, все сказано. Так что я несу полную ответственность за каждое из моих незаконных действий. Но это не вся правда. Я полагаю, что каждый из вас имеет право знать всю правду. Здесь письменное доказательство, это записки, докладные, личные директивы доказывающие, что Боб Александер также был вовлечен в каждый из перечисленных случаев, а большинство из них лично планировал. И еще... В махинациях также был обвинен вице-президент Нэнс. Как доказывают факты, никогда и никоим образом вице-президент не был замешан ни в одной из этих афер. Боб сфабриковал их. Вице-президент Нэнс честный и порядочный служащий и я приношу свои извинения ему и его семье за причиненные неприятности.

— Что ты о себе возомнил? — Ты о пресс-конференции? У меня есть идеи, и я хочу поделиться ими со своей страной. — Поделиться? Поделиться? Ты не созываешь пресс-конференции. Я созываю пресс-конференции. Ты — ноль. Ты это понимаешь? Ты — никто. — Я не никто. — Ты — пыль! Блоха! Ты — прыщ! — Что ж..может, и так. Но ты уволен. Я сказал: «Ты уволен!». Проваливай отсюда. — О! Я уволен? Нет, это ты уволен! — Прекрасно. Просто прекрасно. Там собралась вся пресса. Я выйду и сообщу им. Или ты сам хочешь? [в кабинет зашла Эллен и делая вид, что не замечает ссоры, обратилась к Дейву] — Дорогой, все тебя уже ждут. Я полагаю, тебе уже пора быть там. О, Боб... Извини, я думала, что мы одни. [Эллен целует Дейва, и саркастично улыбается Бобу, показывая, что игра закончена и он уволен. ] — Твоя отставка должна быть на столе, когда я вернусь. И ничего на нём не трогай.

— Когда я только приступил к рассмотрению обвинений, касающихся Первого Свободного займа, я полагал, что злоупотребления ограничатся командой вице-президента. — Вам следует взглянуть на это. [Эллен войдя, включила телевизор с обвинениями Боба] — Начав расследование, я осознал, что коррупция простирается гораздо выше. Я был поражен, обнаружив по крайней мере пятнадцать различных фактов вмешательства со стороны администрации осуществленных с ведома президента, которые все были незаконны. На федеральных контролеров оказывалось давление, отчетность уничтожалась, а в некоторых случаях давление оказывал президент Митчелл лично. — Теперь он обо мне чушь выдумывать будет. — Он не выдумывает. — Нет? Я все это делал?! — Ты нет. Билл Митчелл — да.

— Я убью его. — Ты не можешь убить президента. — Он не президент. Он обыкновенный человек. Я могу убить обыкновенного человека. Я могу убить сотню таких.