Джесси (американец)

— А вы слышали, что с возрастом супруги перестают слышать друг друга? — Нет... — Ну, предположительно, мужчины теряют способность слышать высокие звуки, а женщины перестают слышать низкие тона. Думаю, они как бы избавляются друг от друга. — Возможно, так природа дает им возможность жить вместе и не поубивать друг друга.

Почему так красив пес, дремлющий на солнце? Он прекрасен. А парень, стоящий у банкомата и пытающийся получить деньги, выглядит полным идиотом.

— Я рассказала тебе столько личного о первых сексуальных чувствах. — Да, я знаю, но сексуальные... это два совершенно разных вопроса, знаешь, про сексуальные чувства я мог ответить легко, без проблем, но любовь...что если я спрошу тебя про любовь? — Я бы солгала. — Хорошо, ты бы солгала. — Я выдумала бы прекрасную сказку. — Отлично, знаешь, любовь — это сложная тема. Я уже говорил женщинам, что люблю их, я не лгал, но была ли это совершенно бескорыстная любовь, была ли она прекрасна? Не думаю.

Я как-то слышал про старика, наблюдавшего за танцующей молодежью. Он сказал: Как красиво! Они стараются стряхнуть гениталии и стать ангелами.

Я разрываюсь между мыслями о том, что всё безвозвратно плохо, и что всё может измениться к лучшему.

Знаешь, я очень рад, что мы всё-таки встретились. Даже если за это время ты стала злой, маниакальной, депрессивной активисткой. Я всё ещё люблю тебя, и мне хорошо рядом с тобой.

— Расскажи, что тебя бесит. По-настоящему выводит из себя. — Бесит. Господи, да меня всё бесит. — Ну, перечисли пару примеров. — Ладно... Ненавижу, когда незнакомые мужчины на улице просят меня им улыбнуться, знаешь, чтобы сделать их унылую жизнь получше. Что еще? Ненавижу, что за 300 километров отсюда идет война, умирают люди и никто не знает, что делать. Или всем просто плевать, не знаю. Ненавижу, что СМИ пытаются контролировать наше сознание. — СМИ? — Да, масс-медиа. Знаешь, это делается так ловко, едва заметно, но это новая форма фашизма. Я ненавижу, когда я за границей, например, в Америке – там хуже всего, так вот, каждый раз, когда я одета в чёрное или выхожу из себя, или вообще говорю что угодно о чём угодно – они всегда начинают: «О, это так по-французски, это так мииило». Буэ! Ненавижу. Просто не выношу, серьёзно.

Люди всё время твердят, что любовь абсолютно лишена эгоизма, что это отдавание себя. Но если подумать, нет ничего более эгоистичного.

Мне всегда хотелось написать роман, который уместился бы в рамки популярной песни, всего три-четыре минуты, а перед глазами проходит вся жизнь целиком.

Мне любовь кажется попыткой двух людей скрыться, когда они не могут оставаться в одиночестве.