Грейс Бэрроуз

— Клэр? Ты же мертва!.. — Спасибо, что как всегда заметила очевидное. — Что тебе нужно? — Увидеть, как ты умрешь, Грейс. Отплатить тебе той же монетой. Карма сука, правда?

— Иногда хорошего выбора не существует. Но нужды большинства важнее, чем нужды меньшинства. — Значит, мы просто уничтожим других, чтобы сохранить свой стиль жизни? Решим, кому умирать? Не понимаю, как вы можете быть так надменны? — Считаете меня надменной, думаете, мне хочется сталкиваться с этой проблемой? Говорить президенту, что спасти свою страну мы можем, только уничтожив несколько других? — У вас есть дети? — Нет. — А у меня дочь. Ей восемнадцать, она только что закончила школу. Каждый день, смотря в ее глаза, я чувствую себя обязанной поступать правильно. Дайте Дариусу нужное ему время, порекомендуйте этот вариант и тогда, возможно, мы спасем всю планету.

— Зачем ты его защищаешь? — Я защищаю не его, а нашу совесть. Это же пытки, Харрис! Зачем спасать человечество, если в процессе мы теряем себя? — Скоро мы можем потерять последний шанс на выживание. Потеря совести — не главная проблема.

— Без документов — мы никто. — Если хотим выбраться живыми, то как раз никем и должны быть.

— Забавно, как мужчины могут быть одними в спальне и другими в зале заседаний. — Не только мужчины.

— Кроме конца света, чего мне еще бояться? — Себя. Своих возможностей, о которых еще несколько недель назад ты не знала.

— Я смотрю на ту дверь и жду, чтобы Лиам с Дариусом ее открыли. Судя по всему, все кого мы любим, могут быть мертвы. — Догадки неблагодарное занятие.

— Зачем привлекать Дариуса, если не собираетесь предоставлять все, что ему нужно? — Два миллиарда долларов?! Что еще у него в списке? Ядерное оружие? — А если бы и было? — Я бы сказал «нет». Грейс, я желаю Дариусу успеха, как и все мы, но это государственная операция, под плотной завесой секретности. Существуют правила. — Что проку от правил, если через полгода мы умрем?

— Что ты сказала Харрису? — Ничего. — Правдоподобная отмазка.

— Грейс, у нас проблема, ты должна выступить с заявлением. — Вот мое заявление: пошел ты вместе со своим Пентагоном! — Давай поговорим. — Как эта женщина может обвинить в произошедшем нас с Дариусом? Кто-то пытался меня убить, хотя думаю, всем наплевать на Грейс Бэрроуз или Уолтера Карнехенна и других людишек, которых убрали с дороги, чтобы защитить ложь.

— Грейс, прости, что привез тебя сюда, втянул во все это. — Я сама себя втянула. Никаких сожалений. По крайней мере, я сделала все, чтобы спасти эту дурацкую планету. — Действительно дурацкая...

— Однажды Николас предложил мне огромную сумму денег для запуска своего бизнеса и я ее взял. — И что в этом плохого? — В обмен я пообещал не встречаться с Тэсс. Николас считал, что любовь помешает мне на пути к величию. Я был его инвестицией, он не собирался лишаться всего из-за девчонки. — Просто какое-то чудовище. — Знаешь, Ник был змеем в райском саду, но я слишком хотел взять яблоко. Лиам прав, я придурок. — Ты говорил, что сожалеешь о Тэсс. — И? — Настоящие придурки ни о чем не жалеют.

— Что, черт возьми, это было? — Ты хочешь встречи с президентом? Все или ничего. — Ты сделал все, чтобы им легче было нас найти. Может, сразу мишень на спину прикрепить? — Она уже там, Грейс. Я хотел, чтобы об этом узнали и другие, и если с нами что-то случится, мы уже оставили зацепки, которые приведут прямиком в Белый дом.