Иван Тихонов

— Только тот, кто любит труд, — Негром в Африку берут.

— Я говорил тебе, что ты гений? — Да-а... — Я тебя обманул.

— Амелина, ты чего? — А, потеряла... — Что потеряла? — Юбку?! — Ха-ха-ха! — Мне кажется, или это сексуальное домогательство? — Сексуальное домогательство — это то, в чём ты ходишь! — А мне нравится! — А ты думаешь мне не нравится?

— Мы знаем фамилию убитого? — Мы знаем о нём всё. Артём Николаевич Мартынович, 25 лет. <...> — Это всё установили по зубам? — На снимке есть логотип стоматологической клиники, покойный хотел установить импланты. Наверное, ему повезло. — Почему? — Не успел. Обидно умирать с новыми имплантами.

Пока наши граждане ездят на высокой скорости, наши патологоанатомы без работы не останутся.

Ну давай, машинка, найди мне этого плохого дядю и я пойду домой. Или ты с ним заодно?

— Привет, Тань. Чего так поздно-то? — Я была на курсах экстремального вождения. — Кто ж тебя туда пустил-то? — Ну знаешь, допусти меня только до вождения, а уж экстремальным я его как-нибудь сделаю.

Если бы преступники знали, что может мой комп, они бы номера не спиливали!

— В доме погибшего мы обнаружили кровь и длинный волос... Возможно, женский. — Не факт... У Майского же тоже длинные волосы. — Кстати! Проверь!

— Вот, Галина Николаевна, я собрал информацию обо всех уволенных с фабрики, вообще там увольнения происходят не часто, но как раз сегодня написали двое заявление. — Написали по собственному желанию? — Даа, конечно, ну вы сами понимаете, если когда-нибудь мое хулиганство вынудит вас меня уволить, я надеюсь, несмотря ни на что, вы дадите мне возможность написать заявление по собственному желанию. — Не дождешься! — В смысле?! — Если когда-нибудь, не дай бог, мне придется тебя уволить по собственному желанию, я запру тебя в камере и заставлю работать под угрозой лишения сладкого! — Вы не сможете так поступить! — Я смогу, Иван! Знаешь, почему? — Почему? — Потому что у меня каменное сердце и железная выдержка! — Никогда в вас не сомневался!

— Есть какие-нибудь идеи? — Есть... Хочется есть. Может, пообедаем?

— Постойте-ка... Что-то я припоминаю, что эта Виолетта глазки строила, там знаете, флиртовала, с одним из ментов, которых нам по этому делу передали... Сyка! Я ему голову точно оторву! — Я буду свидетелем! Ну что он сам на себя напал и пять раз ударился об стену.

— Меня никогда не берут на дело. — Меня тоже. — Тебя возьми на дело, второе будет.

На теле погибшего обнаружено: четыре раны с пятикопеечную монету, семь ран с десятикопеечную монету, одна рана с рублевую, три с двухрублевую и шесть с пятирублевую. Итого: у потерпевшего ранений на 37 рублей 90 копеек.

— Ванечка, вставай, твоя очередь ребёночка качать. — Холодов, твои семейные шуточки стали моим кошмаром.

— Личность ни одной из трех жертв установить не удалось, но судя по их одежде, все они имеют отношение к древнейшей профессии. — К журналистике? — К проституции!