— Моя прелесть, тебе уже говорили, что у тебя изумительные глаза? — И снова льстишь? Ещё ты не устал от этих неуместных упражнений? — В Антиве женщины привыкли к непрестанным заслуженным похвалам. Да, завидев тебя, мужчины должны припадать к твоим стопам! — Не кажется ли им, что это утомительно донельзя? — Они богини, снисходящие до своих почитателей, как и тебе следовало бы. С чего бы им утомляться? — Я вовсе не желаю, чтобы возвели меня на пьедестал. — Ты этого вполне заслуживаешь. Художники должны восхищаться тобой, скульпторы – ваять тебя, поэты – воспевать! Уверен, ты и сама знаешь, что твоя уникальная красота привлекла бы и самого Создателя! — Ну… я думаю… — Да, Зевран, ты мастер. Самым честным образом выиграл пари. — Очень благодарен, мадам. — Всех вас ненавижу.
— Я видела, что ты делал. — И что? — Ты играл с котенком! — Эээ... нет. — Я видела! — Я... я его тренировал. — На самом деле ты большой добряк! — Давай закроем эту тему? — Добряк!
— Прекрати это. — (смеётся) Прекратить что? — Смотреть на меня и хихикать! — Ты такой большой и грозный. Сразу и не подумаешь, что ты такой добряк. — Хватит! Я воин Бересеада! Я не добряк! — (хихикает) Добряк. — …(жалобно) Ненавижу людей.
— Стало быть, всё это лишь игра случая? И то, что мы все оказались здесь — одно только счастливое совпадение? — Бесполезно и пытаться поставить порядок выше хаоса. Природа по самой своей натуре хаотична.
— Морриган, мне бы хотелось узнать… веришь ли ты в Создателя? — Конечно нет. Мне не свойственен примитивный страх перед луной, а потому не приходится верить в сказки, чтобы спать по ночам.
– Я слышала, ты дочь Флемет, ведьма из дебрей Коркарии. – А я слышала, что ты мыла ноги зимой и простудила мозги, со мы ведь все знаем, что это неправда. Но иногда слухи не врут, и в этом они правы. – Знаешь историю о... – Конечно. Думаешь, мать отпустила бы меня, прежде чем рассказала всё о своей молодости? – Моя мать тоже много рассказывала. Это она привила мне любовь к старинным сказкам и легендам. – П-ф-ф. От сказок моей матери у меня кровь в жилах стыла и кошмары снились. Какой девочке захочется слушать о том, как её мать приводит к себе на ложе мужчин-дикарей, использует пока выдерживают, и убивает? Тем более, девочке не захочется слушать, что и она будет так же поступать, когда вырастет. – Я... э-э... ясно. – Нет, не ясно. Ничего тебе не ясно.
Некоторые добиваются лишь ранней смерти в своей борьбе с судьбой. Но есть те, кто встречают превратности судьбы с распростёртыми объятьями — именно они смогут навсегда изменить наш мир.
— Тогда мне непонятно, почему он покинул Свои творения. По-моему, это чудовищная безответственность. — Он покинул нас, потому что мы захотели идти собственным путём, пускай даже самим себе во вред, а Он не в силах был взирать на это. — Но откуда тебе это знать? У Него самого ведь не спросишь. Быть может, Он просто ушёл к новому творению, а старое бросил как удручающую ошибку, о которой лучше забыть. — Мне не нужно это знать, потому что у меня есть вера. Я верю в Него и чувствую Его надежду и любовь. — Вера. Как быстро те, кто не может ответить на вопрос, вспоминают это слово.