Лиан-Чу

— А куда мы уходим, когда умираем, Гвиздо? — Понимаешь... я толком не знаю, где мы пока живём... Так что не спрашивай меня про смерть, потому что я не имею ни малейшего понятия... — Мы нигде и одновременно везде, потому что мы никогда на самом деле не умираем, Заза. Жизнь продолжается, а мы живём в памяти. Память о нас во всём, что нас окружает. — Подожди-ка! Не хочешь ли ты сказать, что люди после смерти продолжают жить в... ну... цветах? — Да. И ещё в речке, деревьях, ветре... Заза, не расстраивайся больше. Пёрышко всегда будет с тобой. Он будет смотреть на тебя, будет думать о тебе. — Я знала это. Спасибо тебе, Лиан-Чу.

— Извини, но я всегда работал с Гвиздо и только с ним. — Забудь о Гвиздо! Гвиздо — это прошлое, Гвиздо ушёл и больше не вернётся! Никогда! — Забавно, но у меня такое чувство, что я очень даже здесь, как-то.

— А какой смысл быть богатым? — Что? — Ну, все эти богатеи, потерпевшие кораблекрушение... Они очень богатые, но они несчастны. — Они несчастны не потому, что богаты, балда, а потому что они изгнанники. Если бы они не застряли на этом острове, то купались бы в счастье! Комфорт — это счастье. — Комфорт? Ты имеешь в виду вкусную еду и хорошую кровать, как у Жанлин? — Точно, как у Жанлин. — Гвиздо, но если счастье — это как у Жанлин, а мы уже живём там, то значит, мы уже счастливы? Тогда почему мы всегда стараемся разбогатеть? — Э... ну... я не знаю... Господи, наверное, чтобы быть ещё более счастливыми! Больше денег — больше счастья! — Больше счастья? Что это значит? Если мы уже счастливы, то мы не можем быть ещё более счастливыми, чем сейчас. — Можем! Как только мы разбогатеем, то сможем купить много всего! — Например? — Ферму, дворец, сосиски... А-а-а! Ты своими вопросами уже запутал меня!

— Гвиздо, они очень питательны! — Да, твёрдые, как камни, а на вкус — как драконье дерьмо.

— Лиан-Чу, скажи мне, что дракон не у меня за спиной! — Он... он не у тебя за спиной... — Ты лжёшь не слишком убедительно!

— С тобой всё нормально там, Гвиздо? — Лучше не бывает. В этих дымоходах так интересно!

— Я боюсь худшего. — Ты всегда умел успокоить! — Сменив кожу, дракон становится в два раза сильнее. — Да уж, вселил в человека уверенность! Спасибо тебе!

— Всем спокойной ночи. — Спокойной ночи, Заза. Сладких снов. — Да, и если встретишь по дороге пингвинов — передавай им от меня привет!

— И он спасает людей бесплатно. Какая удивительная щедрость! — Легко быть щедрым, когда ты купаешься в деньгах! Чтобы давать, Лиан-Чу, надо иметь. А у нас нет ничего.

Слова мужчины должны соответствовать его делам.

— Он [дракон] линяет. Меняет кожу. — Да пусть свою меняет на здоровье! Лишь бы нашу не попортил...

— Я больше не могу! Я скоро повешусь! — Ты ноги натёр. Траву приложи. — Да меня не мозоли достали, а вон та принцесса-трещотка!

— Это ты виноват, Лиан-Чу! Это был твой дурацкий план утопить этого дракона! — Но это был твой план. — Не меняй тему! Я решил, что это твоя вина, значит, это твоя вина! Как можно спорить с подобной логикой?!

Тот, кто никогда не плачет, свою истинную душу прячет.

— Гвиздо, а зачем мы вообще охотимся на драконов? — Что за вопрос? Мы охотники на драконов, и всё! Будь мы охотниками на свёклу, охотились бы на свёклу. Ничего особенного. — Да, но... почему мы охотники на драконов? — Потому что мы умеем это делать! Особенно ты. Лиан-Чу, ты должен охотиться на драконов! Они подлые и коварные. Они губят деревни, пожирают несчастных жителей, они не моют на ночь ноги и не убирают за собой!... Наконец, они разговаривают с... с набитым ртом.

— Всё прошло удачно! Они подписали! Должен признать, что эти купцы — хитрые бизнесмены. Но я думаю, что я их перехитрил. Мы богаты, Лиан-Чу! — Но Гвиздо, мы уже богаты. — Лиан-Чу, я договорился на половину их состояния! [Указывает на лежащие вокруг горы золотых монет] Половину всего этого за дракона! Это значит, что мы очень, очень, очень, очень богаты! — А какая разница между «богаты» и «очень, очень, очень богаты»? — Разница в том, что у нас будет не ферма, а дворец.