Людмила

— Мужчина за удовольствие должен платить! — Это ты-то удовольствие?

Мое сердце ужалено радостью. Грудь мою пронзили семь мечей счастья, — как мне не плакать.

— Не смешите меня! Как может для мужчины быть женщина постарше — интереснее? — Легко! Молодость — это оптический обман. Зрелая женщина — это не молоко, не сливки, а сметана. А если ее еще хорошо повзбивала жизнь — то масло!

Жестокость вообще отвратительна, — не прекращая чертить, сказала Людмила. — А беспричинная жестокость безнравственней вдвое. Нет, в тысячу раз.

Её звали Людмила, ей было за сорок. Русые волосы женщины были завязаны в аккуратный пучок, дабы не отвлекать ее внимание ни на секунду от работы. Много лет женщина работала, принимая людей на дому. К ней на прием ходили те, кто хотел быстрых денег или мгновенного решения проблем, или те, кто искал любовь и желал снять венок безбрачия. Вполне можно было бы и подсказать, что сего явления не существовало, но Людмила предпочитала не тратить попусту время и удовлетворять просьбы заказчиков. «Хотите снять, снимем», — думала она и в очередной раз зажигала свечу.

Когда кто-то тебя смешит, сколько ни отрицай, но твоё сердце уже поимели.

– Выдержим всё, и широкую, ясную грудью дорого проложим себе. – Да-да, – подтвердила Людмила. – Жаль только, жить в эту пору прекрасную уж не придётся ни мне, ни тебе.

Предположив, что дамочка имеет на этого конкретного дейгасса свои виды, и сейчас устроит ему скандал, я мгновенно поменяла планы и быстро пригрозила: — Отпустите с рук — уроню покрывало! Для полноты картины высвободила одну руку и обняла его за шею. Всё. Я готова. Ругайте его! Ругайте!

Вокруг столько вампиров! Оглянуться не успеешь, как они из тебя всю кровь высосут!

— Я Вам открою сейчас тайну глубокого личного характера. — Может, не надо? — Нет, надо. Но если Вы кому проговоритесь, мне придется убить Вас, потом себя, а потом того, кому Вы проговорились.

Вот что случается, когда метишь выше собственной задницы — теряешь равновесие при первом же дуновении ветра.

У меня один знакомый физик был. Он говорил, что жизнь состоит из атомов. Они бегут – вверх, вниз, в разные стороны. И соединяются абсолютно случайно. Именно случайность порождает порядок. Как он говорил, это краеугольный камень современной физики.

— Я женюсь на тебе. — Ты шутишь, что ли? — Нет, ты не веришь мне? Я на колени встану, хочешь?