Марина (дочь Смирновского)

— Подумать только, среди тех, кого не исключили, не нашлось ни одного порядочного человека. — А вы-то сами? — А я не претендую.

— Марин, когда эта бодяга закончится, поехали ко мне завтракать. — О! На завтрак меня ещё никогда не приглашали, обычно зовут ужинать. — Ну вот видите, значит у нас с вами начинается новаторство. — Я знаю, что я произвожу впечатление женщины, с которой можно начать за ужином, за обедом, даже за завтраком. — Ну сейчас вы скажете, что вы не такая? — Нет, не скажу, но и завтракать не поеду. Я уже свое отзавтракала. — Не рано ли? — Мой недавний муж отбил у меня всякую охоту к еде в любое время суток. — Марин, ради вас я готов включиться в любую голодовку.

— Поздравляю! Добилась своего. Ухватила богатого, знаменитого. — Ты бесстыдница, доченька. Я просто его люблю. — Любишь, любишь. Богатых и знаменитых всегда любят.

— У меня всё по штампу. Нормально. Закончила филфак в МГУ. Факультет невест называется, знаете? Занимаюсь сатирой. — Русской или иностранной? — Нашей. — По 19-му веку? — Нет, современной. — У вас потрясающая профессия, вы занимаетесь тем, чего нет.

Не мучайся, совесть сегодня не в моде. К сожалению.

Законным путём идти можно. Дойти трудно.

— Всё это бессовестно! Ну неужели вы не заступитесь, Павел Константинович? Вас-то они послушают! — Папа в своей жизни уже достаточно заступался! Это дорого обошлось и ему и тем, за кого он заступался!

— Ну я ж не виноват, что я его сын. Родителей не выбирают — хотя я лично своими доволен. А Вас как зовут? — Марина. Только... я Вас умоляю, не называйте своего имени. Вы для меня навсегда останетесь — «сын Милосердова».

Жизнь состоит из одних вопросов. А хочется, чтобы она состояла из одних ответов.