Маркус Туфо

Вот, что я тебе скажу: быть копом трудно. И так же трудно быть родителем-одиночкой. Получается, твоя мама совмещает две тяжелых работы. И тот факт, что плохие парни в тюрьме, а ты здесь, умная, независимая, сознательная, образованная, значит, что твоя мама справляется с этим успешно.

— Поберегите боеприпасы, вы все пропустили. — Мы услышали код «3», где откликнувшиеся офицеры? — Уехали пару минут назад. — Никто не приехал? — Вы приехали. — Это спасибо? — Я что, сказал «спасибо»? — Значит, мне незачем говорить «не за что».

— Одна машина вернулась. — Лишь одна!? — Из тридцати четырех тысяч копов нас любят лишь двое? — Тесс, нет, назад! — Откликнулась лишь Тесс? — Чертова камикадзе! — Она одна? — Она чокнутее, чем мы думали. — Иногда, чокнутость — это хорошо.

Знаешь, я всегда боялся иметь детей. Я ничего об этом не знал, понимаешь? Как заботиться о них, когда они плачут, как их защищать. Я не знал, каково это. Я когда-нибудь стану хорошим отцом, благодаря тебе. И это лучший подарок.

— В реальном мире в тебя стреляют просто так, Ломан. Потому то чувак под метом, потому что ты коп. Теперь, мы даже в своем отделе не можем быть в безопасности. И если этот парень вытащит ствол, вместо телефона, а мы будем ждать, пока не убедимся, то будет слишком поздно. Зато получишь красивые похороны, хотя бы. — Я бы предпочел похороны по достойной причине, а не способствовал бы этой проблеме. — Да, если бы те, кто швыряет камни в копов сами поносили бы этот значок один день, они бы поняли, что здесь идет война, а враги одеваются также, как и мирные жители. — Ох, давай честно, иногда враги одеваются также, как и мы. И я имею в виду не только отдел разведки. — Хочешь правду? Под этой одеждой я все еще черный. Да, но если меня застрелят, я буду просто дохлым копом. Я сам подписался на этот риск. — Должны появится какие-то решения. — Да, сегодня я благодарен, что ты меня остановил, но завтра... Завтра мы можем оказаться теми, кто валяется на улице.

— Ну как, прошло не очень? — Я единственный коп, который выполняет свою работу, а меня за это вызывают на ковер!

Так по-глупому... Тяжело, когда они такие молодые, даже прав не получили.

Я знаю, что политики и слюнтяи, которые стоят в стороне и критикуют нашу работу — никогда не были на нашем месте и даже не пробовали.

— Вы что-то потеряли? — Друга. Потерял, потому что он не существовал. По крайней мере таким, как я думал. Я каждый день сидел с ним рядом... Самое смешное, я скучаю по человеку, которого выдумал, которого не существовало. Боже, как бы я хотел сейчас с ним поговорить!

— Он выглядит таким спокойным. — Он нас дурачит. В душе он ведет войну. Мой храбрый мальчик... — Он победит.