— Ну и как быть-то? — Как быть, как быть… На работу мне надо выходить. Эх, думала посижу дома, отдохну как следует, поваляюсь… — Ага, рассказывай! У тебя, вон, глаза-то блестят! — А это, Пашенька, от любви! — Угу. Давай, давай. От любви к работе! [вместе смеются]
— Паша! Рыков, просыпайся! Паш, что у нас в гостиной делает эта… твоя мама? — А ты чё, ничего не помнишь? Ты её вчера пригласила. — Я? — Вообще ничего не помнишь? — Нет. — Жалко… Вчера было так интересно! — Ой, всё!
— Вы вчера на двоих, знаешь, сколько выпили? Я столько за неделю не съем! — Паш, скажи пожалуйста, а как я вот это… у вас оказалась? — Ты что, прикалываешься что ли? Что, тоже ничего не помнишь? [Аверина качает головой] Ой, зря… вчера было так интересно… по-моему, я повторяюсь? — А что было-то? — Да. А что было-то? — Ой, девочки... [Паша рассказывает вчерашний вечер] — Что я делала? — Ну, ты начала раздеваться, я тебя остановил, конечно. [Аверина удивлённо смотрит на Пашу] Шучу я, мам! — Чаю? — А вот потом к тебе Олечка присоединилась! — Что сделала Оля? — Ну ты так микрофон вырывала! [рассказывает] — Я? Я же петь не люблю. Не мое это! — Аналогично. — Зря вы так. Судя по всему, если бы нас не сбили, у вас такой неплохой дуэтик был… — Так. А по делу что-то было или нет? — Было по делу. Значит, когда вы допили виски… вы стали пить — текилу. — Что ты врешь-то! Я текилу терпеть не могу! — Аналогично!
— В три часа у тебя обед — у нас встреча с репродуктологом. Он для нас подготовил предложение. — От которого мы не можем отказаться? — Именно. — Ну а если у меня вызов, Оль? Как я обед-то возьму? — Рыков, кто хочет тот может! — Ну, кто не хочет, тот вынужден. — Я миллион раз тебе говорила уже! — Тихо, тихо, тихо… Зайка, это шутка была! Просто хотел посмотреть на твою реакцию. — Ну и как реакция? — Огонь, огнище! Мегера, не сдаешь позиций! — Павел Дмитрич!