Себастьян

Корабль — лицо пирата.

Именно потому, что смерть так неумолима и непреклонна... она прекрасна.

— А у твоего лука есть имя? — Боюсь, я не в силах соперничать с нашим дорогим гномом в...привязанности к своему оружию. — Ты мог бы назвать его Филомелой! — Это еще с какой стати? — Да потому что он напоминает мне одну женщину из эльфинажа. Такой же тощий, колкий и вечно чем-то в людей швыряется.

Госпожа Элизабет. Готов поклясться, ваша сила достойна восхищения. Для человека... я хочу сказать.

Матери носят ключи от наших душ с собой всю жизнь.

Некоторые люди твердят о неподдающихся логике вещах, как любовь... И они же вполне осознанно приносят в жертву своих родных.

Все работают на корпов, даже те, кто искренне верят в обратное...

— Было так страшно, ведь мы могли расстаться навсегда. — Понимаю. — А тебе было страшно? — Да. Потерять тебя.

А радуется Падре нечасто. Реже, чем шел дождь в египетской пустыне, по которой странствовал Моисей.

Не отвергайте сна. Он посещает Так редко тех, кто горем удручен. Сон — лучший утешитель.

— Давай уже сюда подушку. — Я бы даже сказал, что её можно называть безопасным пристанищем юного господина. — Вряд ли. Мне просто нравится эта подушка. — Мне спеть вам колыбельную? — Да ладно! Я ещё не слышал, чтоб ты мне пел, это впервые! Не говори слов, которые могут вызвать недопонимание.

— Профессор, я ужасно извиняюсь за причиненные вам неудобства. — Ничего страшного. Ему ведь всего лишь тринадцать, да? Наверное, тяжело быть замешанным в подобном деле. — Профессор, вы считаете, что он невиновен? — Конечно. Я не могу поверить, что граф может быть способен на подобное. — Спасибо. Профессор, я попрошу вас... Позаботиться о юном господине.

Когда у тебя бессонница, все вокруг кажется копией копии копии.

– Вот так вот, – рассмеялся Себастьян, чтобы как-то развеять возникшую неловкость. – В очередной раз, встретив прекраснейшую из женщин, я опять опоздал. – В каком смысле? – встрепенулась Оливия. – Вы очень красивы, – только и сказал Себастьян. – Я бы на месте Джорди влюбился с первого взгляда. – Ты так открыто обо всём говоришь, – Оливия совершенно не знала, как ей реагировать на его слова. – В нашей семье принято открыто говорить о любви! – тут же объяснил ей Себастьян. – Любовь – это самая волшебная и правильная на свете вещь. Здесь нечего стыдиться или скрывать. – Ты прав, – подумав, согласилась она. – Как же ты прав.

Смотрите, он заводит часы своего остроумия; сейчас они начнут бить.

У каждого из нас есть прошлое, от которого тяжело убежать... Не знаю, сумел ли я в это раз...