28 сентября 2026, понедельник
Раздел

Керстин Гир

90 цитат

Керстин Гир — лучшие цитаты, афоризмы и высказывания автора.

– Любовь делает из людей идиотов, правда? – Это точно! Наверное, ключевые области мозга блокируются, если постоянно о ком-то думаешь.
— Фанни Функе · книга
— Ничего там нет! — Там может кто-нибудь прятаться и подслуши... Предложение осталось незаконченным возгласом. Вдруг стало совсем тихо. Что там еще снова случилось? Не раздумывая, я отодвинула штору. Девочка, которая выглядела как я, прижала свои губы к губам юноши. Сначала он просто стоял и не сопротивлялся, а потом положил руки на ее талию и притянул к себе. Та закрыла глаза.
— Я так не умею, Гидеон. Меня не устраивает, что ты попеременно то целуешь меня, то обращаешься со мной, как будто ты меня ненавидишь. Гидеон какое-то время молчал. — Я бы больше хотел тебя все время целовать, чем ненавидеть, – сказал он после паузы. – Но ты не облегчаешь мне задачу.
Моя грудь поднималась и опускалась, а всё тело было покрыто мелкими капельками пота, но не исключено, что лорд Алестер и Дарт Вейдер были недалеки от правды. Я-то ведь тем временем уже парила в воздухе крошечной блестящей пылинкой, а моё лицо там внизу невероятно побледнело. Даже губы теперь были серого цвета. По щекам Гидеона покатились слёзы. От всё ещё изо всех сил прижимал руки к моей ране. — Останься со мной, Гвенни, останься со мной, — шептал он, и вдруг я перестала всё это видеть и снова почувствовала под собой жёсткий пол, глухую боль в животе и всю тяжесть своего тела. Я хрипло вздохнула, зная, что на следующий вздох сил моих уже не хватит. Мне хотелось открыть глаза, чтобы последний раз взглянуть на Гидеона, но я не смогла этого сделать. — Я люблю тебя, Гвенни, пожалуйста, не покидай меня, — сказал Гидеон. Эти слова были последним, что я услышала, прежде чем бездна поглотила меня.
Ворон, парящий в рубиновом храме, Слышит песнь мёртвых он между мирами, Не знает, что силою он наделён, Но вот пробил час, завершён круг времён. Лев с диамантовым гордым оскалом, Под действием чар сила светлая пала. Солнце умрёт, лишь тогда всё сменится, Ворона смертью круг завершится.
Людей отпугивает большое количество книг. Они понимают, как мало на самом деле прочитали, и им становится не по себе.
— месье Роше · книга
— Она в жизни не влюбится в такого зазнайку. — Уже влюбилась. А он такой же, как и ты когда-то. — Ты о чём? Этот…! Ни капли он на меня не похож! Я тобою никогда так не помыкал, никогда! Она усмехнулась. — Да ну. — Разве только тогда, когда это было жизненно необходимо, — он сдвинул шляпу на затылок.
— Люси Монтроуз · книга
— Гвендолин постарается, и у нее все получится, да, Гвендолин? Я ничего не ответила. Слишком уж пострадала за последние два часа моя самооценка. Если от меня требуется только вести себя тихо и не причинять неудобств — думаю, с этим я справлюсь. Буду стоять себе смирно и изредка помахивать веером. Или не помахивать, а то ведь, кто знает, что это может означать. Просто буду стоять и улыбаться, не показывая при этом зубы. Тогда мне никто не помешает, никто не спросит меня ни про какого маркиза фон Стаффорда, или — ужас-ужас — не пригласит на танец.
В этом весь Гидеон — только стоит пережить с ним что-то э-э-эм… приятное, как он прилагает все усилия, чтобы как можно быстрее всё испортить.
— Mine eye and heart are at a mortal war, how to divide the conquest of thy sight, — бубнила я. — Это ты мне? — спросил Гидеон.
— Случилось что-нибудь необычное? — осведомился мистер Марли. Дайте подумать: несколько часов подряд я строила секретные планы с собственным, давно умершим дедушкой, вопреки всем запретам мы считали мою кровь в хронограф, который затем перенёс меня в тысяча восемьсот пятьдесят второй год, где я тайно встретилась с леди Тилни. То есть ничего особо тайного на этой встрече не произошло, но всё равно о ней никто не должен был узнать. — Лампочка мигала и несколько раз чуть не погасла, — сказала я, — а ещё я учила слова для урока французского.
— Леопольд Марли · книга
— Я люблю тебя, — неожиданно сказал Генри и привлек меня к себе. Я мгновенно забыла о Чарльзе. Генри обычно не был расточителен на слова о любви. За последние два месяца он произнес это ровно три раза, и каждый раз, когда он это говорил, я ужасно смущалась. Единственно правильная реакция на его слова была бы: «Я тебя тоже люблю», но я так и не смогла это вымолвить. Не потому, что я его не любила. А потому, что это не имело столько смысла, сколько его спонтанное «я люблю тебя».
— Лив Зильбер · книга