Василий Ливанов

Особое положение этого литературного героя в мире людей остроумно определил известный американский актер и режиссер Орсон Уэллс: «Шерлок Холмс — это человек, который никогда не жил, но который никогда не умрёт».

Наш папа академик, Он труженик пера, А нам же, кроме денег, Не нужно ни черта…

Нет маленьких ролей, есть маленькие актеры. Это всем маленьким актерам известно.

Оптимизм — это недостаточная осведомленность.

Хотите родину-мать лечить кровавыми припарками? Только палачи — плохие доктора…

— Несомненно, ваша самая известная роль — детектив Шерлок Холмс. А вы похожи с ним по характеру? — Скорее нет. Я вообще-то очень импульсивный. Но считаю, что каждый актер нашпигован разными характерами. И в определенный момент должен вытащить именно тот образ, который нужен.

Подсказка — попутный ветер для умного и мель для глупца.

Всякий уважающий себя мужчина обязан презирать боль. Но это надо делать умело. Презрение должно быть настолько очевидным, чтоб у окружающих не было и тени сомнения в вашем мужестве.

Ничто так не старит, как годы.

— Угадай, — предлагал Ромашка, — почему мозг клоуна стоит десять копеек за килограмм, а мозг силового жонглера десять тысяч за один только грамм? Почему такая несправедливость? Рюмин был в большом затруднении, и Ромашка спешил ему на выручку: — Потому что мозги силовых жонглеров — это дефицит! Понял?

Какая бы проблема ни возникала у вас в жизни или в искусстве, вы должны действовать так, чтобы со временем иметь право сказать самому себе: «Я сделал все, что смог».

— Самая красивая на свете птица — белая ворона. — Почему белая ворона? — спрашиваю. — А потому, — отвечает старик, — что она исключение. Можно увидеть стаю лебедей, семью павлинов, компанию страусов. Но никто никогда не видел стаю белых ворон. Да этого и не может быть. Тогда все потеряет смысл.

Однажды, выступая в Министерстве культуры перед членами коллегии, среди которых был и Ливанов, министр Фурцева развивала свою любимую идею об организации повсюду, где только возможно, «художественной самодеятельности», и договорилась до того, что, по её мнению, «самодеятельность должна скоро вытеснить профессиональное искусство». - Борис Николаевич, — прервав речь, обратилась она к Ливанову. — Я вижу, вы что-то рисуете в блокноте и меня не слушаете? Вы что, со мной не согласны? - Я слушаю, — ответил Ливанов. — Вы радуетесь тому, что профессиональное искусство скоро исчезнет, а я — профессионал. Вот вы бы, Екатерина Алексеевна, стали пользоваться услугами самодеятельного гинеколога? Обсуждение закончилось гомерическим хохотом всех присутствующих.

Образованием ума не заменишь.

Актеров нельзя допускать в судебные заседатели. Они по любому поводу могут вынести только один приговор: кровавая смертная казнь. На Шекспире воспитаны.

Для русского человека справедливость — это всё. И пусть понятия «справедливость» нет ни в одном законе ни одной страны мира. Но в России справедливость — главный нравственный закон. Эта готовность к борьбе за справедливость была, есть и будет всегда в русском мире. И со строем — царским, коммунистическим и так далее — она абсолютно не связана. Это связано с нашим самосознанием.