Визит дамы

– Справедливость не продается. – Все продается, бургомистр.

– С тех пор как ты ушла, у меня не жизнь, а ад. – Я теперь сама превратилась в ад.... Ты сам выбрал свой путь, я же свой не выбирала...

– Господа, миллионерша – наша последняя надежда. – Не считая Господа Бога. – Да, не считая Господа Бога. – Но Бог денег не платит.

— Фонтан! — Фонтан давно не работает, Клара. — Какая жалость... Когда-то отъезжающие бросали в него монетки и брызги разлетались во все стороны, а монетки блестели на дне. Мы потом подбирали их с тобой, помнишь? — Помню. Монетки давно уже никто не бросает. — Странно. Почему? — У людей отпала охота возвращаться в Гюллен.

— И теперь вы требуете чтобы свершилось правосудие? — Да! Теперь мне это по средствам.

Ах, я пьян? Но я самый трезвый человек в этом паршивом городишке!

— Цивилизованный мир благоденствует, Европа процветает, а наш Гюллен идет с молотка. — Говорят, всё это заговор. — Заговор? Чей?! — Евреи. Масоны. Коммунисты. Да мало ли кто?

— Я взываю к вашему гуманизму! — Гуманизм, пастор, это слово из лексикона людей среднего достатка, а с моими миллиардами устанавливают мировой порядок. Мир сделал из меня публичную девку, теперь я превращу его в бордель.

Я богата. Если это называется счастьем, то я счастлива.