Да, России нелегко: столько лет дурачили, Пил народ, крепчала сталь — значит, пили вновь. Все тащили транспаранты, да тряслись по-заячьи, Да тянули руки вверх, да пели про любовь. Ой, как мне не верилось — и сказать-то было боязно! - Что Россия, дурь и жир приросли нутром, Вроде, вместе ехали, а тем, кто вышел с поезда,- Как аукнулось со сцены — кликнулось потом.

Тянулся к тем, которые тащились…

Кто глуп, тот от дури не спрячется, И тот, кто не в шутку дурак, Дурнее того, кто дурачится.

— Роберт Бёрнс

Ты пел о вольности, когда Тиран гремел, грозили казни: Боясь лишь вечного суда И чуждый на земле боязни.

— Михаил Юрьевич Лермонтов

Память, сынок… одно воспоминание тащит за собой другое… как воображение, только задом наперед… сплошная дурь.

— Даниэль Пеннак