Чтобы плохие произведения стали лучше, их нужно талантливо перевести на другой язык.

And the heart is hard to translate, It has a language of it's own, It talks and tongues in quiet sighs, In prayers and proclamations, In the grand days of great men And the smallest of gestures, In short shallow gasps. But with all my education, I can't seem to commend it.

Перевести произведение с одного языка на другой — все равно что снять с него кожу, перевезти через границу и там нарядить в национальный костюм.

— Но это глупость какая-то. — Что именно? — ТАРДИС! Если вы с другой планеты, зачем Вы дали своей будке английское имя? Эту аббревиатуру ни на один язык не перевести! — Странно, другие этого как-то не замечали.