Оглядитесь вокруг: повсюду проповедующие ларвы; каждое учреждение выполняет какую-нибудь миссию; в мэриях – свои абсолюты по образцу храмовых; государственные ведомства с их уставами — метафизика для обезьян. Все изощряются в поисках способов исправления всеобщей жизни. Этим занимаются даже нищие, даже безнадёжно больные. Тротуары мира усеяны реформаторами, и ими же до краёв набиты больницы. Желание стать первопричиной событий действует на каждого подобно умопомешательству, подобно сознательно принятому на себя проклятию. Общество — это настоящий ад, населенный спасителями! Вот потому-то Диоген со своим фонарем и искал человека безразличного.
Оглядитесь вокруг: повсюду проповедующие ларвы; каждое учреждение выполняет какую-нибудь миссию; в мэриях – свои абсолюты по образцу храмовых; государственные ведомства с их уставами — метафизика для обезьян. Все изощряются в поисках способов исправления всеобщей жизни. Этим занимаются даже нищие, даже безнадёжно больные. Тротуары мира усеяны реформаторами, и ими же до краёв набиты больницы. Желание стать первопричиной событий действует на каждого подобно умопомешательству, подобно сознательно принятому на себя проклятию. Общество — это настоящий ад, населенный спасителями! Вот потому-то Диоген со своим фонарем и искал человека безразличного.
— Шон! — А что? Я взял пару образцов. — Пару образцов? (указывая на сумку, набитую драгоценными камням) — Ну, может быть пару фунтов образцов… А как ты думал? Я ведь сын учёного!
Представляет особый интерес переход В. С. Соловьева от положительной религиозной интуиции к философской диалектике единого и многого в ходе прояснения содержания идеи Абсолюта. В результате раскрытия внутренней диалектики Абсолюта русский философ, в конечном итоге, приходит к пониманию его в качестве Сверхсущего Всеединства. Данный переход описан в работе Александра Кожева «Религиозная метафизика Владимира Соловьева»
Эта магическая формула «рез.» , употребительная в каканских учреждениях, означала «резервировать», а в переводе «отложить для позднейшего решения» , и была образцом осмотрительности, ничего не теряющей и ни в чем не проявляющей чрезмерной поспешности.
