— Фу, я ненавижу крыс! — У моего брата была одна, когда мы были детьми. Она была достаточно милая. Он назвал ее Антонио. — Я видела, как одна прогрызла ребенку лицо. Я назвала ее «ебаная лицогрызущая крыса».
— Фу, я ненавижу крыс! — У моего брата была одна, когда мы были детьми. Она была достаточно милая. Он назвал ее Антонио. — Я видела, как одна прогрызла ребенку лицо. Я назвала ее «ебаная лицогрызущая крыса».
Штейнбреннер одним прыжком подскочил к нему и наотмашь ударил по лицу. Штейнбреннер улыбнулся. На лице его не было злобы, только выражение удовольствия, как у ребенка, когда он отрывает мухе ножки.