Я бегу, совсем обалдевший, в голове – ни одной связной мысли. Но когда эта неимоверная пробежка закончена, меня, выжатого как лимон, заполняет изнутри какое-то отчаянное чувство свежести.

Русь, куда ж несешься ты? дай ответ. Не дает ответа.

Если ты устаешь от ходьбы — беги.

Со временем я понял, что терапия — это не столько самокопание в кабинете у психолога, сколько выработка полезных навыков, и что еще важнее — претворение их в жизнь. Поэтому в субботу я снова пробежал несколько миль.

Давайте бегать ежедневно, чтобы быть здоровыми!

Молодой человек не должен прекращать бег, покуда он молодой, и покуда расстилаются перед ним равнины.

— Зайцы не состариваются, — сказал Заяц. — Зайцы умирают молодыми. — Это почему же? — Мы бежим, понимаешь? А движение — это жизнь.

Я не могу заниматься серфингом, поэтому бегаю. Напоминаю себе, что боль в мышцах — это не боль, это — жизнь. А жизнь прекрасна. Каждый день, каждая минута, каждая секунда.

Заняться бегом стоит хотя бы ради того, чтобы снова пережить состояние, похожее на влюбленность, — учащенное сердцебиение и прерывающееся дыхание.

Не прекращая посылать своему телу ценные указания о том, что вы, собственно говоря, от него хотите, нужно внушить себе, что ежедневная и сосредоточенная работа над конкретной задачей необходима прежде всего именно вам. Таким образом вы постепенно расширите свои возможности. Планка начнет повышаться.

Бег даёт мне очень многое: выживание, спокойствие, эйфорию, уединение. Это доказательство моего телесного существования, способность контролировать свои движения в пространстве, а не во времени, и подчинение, хотя и временно, моего тела моей же воле. Когда я бегу, то смещаю пласты воздуха, и вещи движутся вокруг меня, и тропинка движется, как кинопленка, у меня под ногами. Сейчас я лечу – это золотое чувство, как будто я могу забежать по воздуху на небо, и я непобедим, ничто не может остановить меня, ничто не может меня остановить, ничто, ничто, ничто, ничто…

Я сорвался с места. Под ногами крутился песок, ветер подхватывал меня и нес. Ну, вы знаете, как это бывает: расставишь руки и чувствуешь, как за пальцами тянется вуаль ветра. Вроде крыльев.

Иногда нам не везёт в любви, и в таких случаях я начинаю пробежки. Во время бега организм теряет много жидкости, так что на слёзы ничего не остаётся.

Весь мир бежит... Но различным образом. Бег человека — одного вида, а растения — другого, но полностью отличен от них бег души.

Звук шагов, дыхание, биение сердца складывались в неповторимый полифонический ритм.

Если в городе вам попались навстречу бегуны, то отличить новичков от ветеранов несложно. С одышкой – это новички. С тихим, ровным дыханием – ветераны. Их сердца, погруженные в раздумья, неспешно отсчитывают время.

Бег — это величайшая метафора для жизни, потому что ты получаешь от него столько же, сколько в него вкладываешь.

Вот Вилли. Он бежит ради самого бега. А вот Джим. Он бежит потому, что впереди есть цель.

В тот день ни с того ни с сего я решил пробежаться. Я бежал, пока не кончилась дорога. А потом подумал — может, пробежать весь город из конца в конец? А когда пробежал и его — подумал, не пробежать ли весь округ Гринбоу? Ну а раз пробежал весь округ, почему бы не пробежать через весь великий штат Алабама? Так я и сделал. Я пересёк весь штат Алабама. Безо всяких на то причин... Просто бежал и добежал до океана.

С того самого дня куда бы я ни направился, то только бегом!

Просто беги. Бег ничего не стоит.

Когда бежишь марафон, на последних метрах голова занята исключительно мыслями о том, как бы скорее добежать до финиша, чтобы все это наконец закончилось. Ни о чем другом уже не думаешь.

Я бегу. И думаю только о беге. Когда ты бежишь, ты можешь быть кем угодно, от твоей личности тут ничего не зависит. Твое тело — машина для бега, не больше, но и не меньше. Все твои реакции — это реакция тела, и у тебя нет других желаний, кроме желаний тела. Если ты бежишь, чтобы победить, ты должен думать только о том, как нацелить свое тело на победу. Во имя скорости ты забываешь о себе. Ты должен отречься от себя, чтобы добежать до финиша.

Просто диву даешься, о чем только не думают люди, пока бегут свои сорок два километра. Такой вот жестокий вид спорта, этот самый марафон: без мантры до финиша не дотянешь.

... если в беге на длинные дистанции мы кого-то и должны победить, так это прежних самих себя.

Я бегу, совсем обалдевший, в голове – ни одной связной мысли. Но когда эта неимоверная пробежка закончена, меня, выжатого как лимон, заполняет изнутри какое-то отчаянное чувство свежести.

Когда бежишь, можно ни с кем не разговаривать и никого не слушать. Единственная обязанность – смотреть по сторонам на движущийся пейзаж.

Меня часто спрашивают, о чем я думаю во время бега. Обычно этот вопрос задают люди, которые сами никогда не бегали на большие расстояния, и он неизменно повергает меня в глубокие раздумья. И правда, о чем же я думаю, пока бегу? Честно говоря, я толком не помню о чем. И вспомнить не получается. Точно могу сказать только одно: в холодные дни я нет-нет да и подумаю о холоде. А в жаркие – нет-нет да и подумаю о жаре. Если мне грустно, могу поразмышлять о грусти, а если радостно – то о радости.

Бег — это личное, нельзя бегать на публику.

— Ты же не любишь бегать? — Смотря от кого!

— Давай! Ёжик, давай! Ещё кругов тридцать, и мы уснём как младенцы! — Ещё полкруга, и я усну навсегда.

— Слушайте, а какой пульс должен быть во время пробежки? — Ну не знаю – ударов 150. — Да? А чего у меня 840? — 840 в минуту?! — А что, надо было в минуту считать что ли? — А ты как считал? — Ну, просто считал, пока не сбился... Так, ладно, я пошел пересчитывать.

— Ну всё, беги. — Может, есть какая-то особая техника? — Да, шевели ногами снова и снова, и очень быстро.

— Что мы делаем? — Есть такая штука, её изобрели в 60-е — бег трусцой.

Говоришь «придурок»!? Ну тогда я король придурков!