– Ты убил двадцать шесть человек?! Господи Иисусе! – Я думал, вы поймёте! Вы были так добры, когда я помог маме. – Ты был ребёнком! Малыши не знают, что хорошо, а что плохо! Я думал, ты разберёшься к десяти годам, ну тем более к сорока! Ты должен прекратить это безумие, Бертрам, обещай мне! – Я стараюсь, но это трудно! – Что трудного?! Ты встаёшь, идёшь на работу, не убиваешь, а приходишь домой! – Думаете, мне всё это нравится? Каждый день, выходя из дома, я наблюдаю чужие мучения – на улицах, в кафе… Их глаза говорят мне, что они устали от жизни и молят о смерти. Видеть муки людей и никак с этим не бороться – невыносимо! – Это терзает тебя так же, как тебя терзала боль твоей мамы, не так ли? – Да! – Поэтому ты «помогаешь» им? – Да! – И когда ты это делаешь, Бертрам, чьи страдания ты облегчаешь – их или свои? Ты считаешь убийство милосердными, но ты не прав – они эгоистичны! Ты забираешь жизни, чтобы облегчить свою боль, чтобы становилось легче на время. Но этому не будет конца… – Нет… Похоже, Альма пыталась мне об этом сказать. – Вот ты послушай её! Господь послал тебе такую женщину, которая знает о тебе худшее… и всё равно любит тебя.