Настало время спать, и маленький зайчонок крепко ухватил большого зайца за длинные-длинные уши. Он хотел точно знать, что большой заяц его слушает. — Знаешь, как я тебя люблю? — Конечно, нет, малыш. Откуда мне знать?.. — Я люблю тебя — вот как! — и зайчонок раскинул лапы широко-широко. Но у большого зайца лапы длинней. — А я тебя — вот как. «Ух, как широко», — подумал зайчонок. — Тогда я люблю тебя — вот как! — и он потянулся вверх изо всех сил. — И тебя — вот как, — потянулся за ним большой заяц. «Ого, как высоко, — подумал зайчонок. — Мне бы так!» Тут зайчонок догадался: кувырк на передние лапы, а задними вверх по стволу! — Я люблю тебя до самых кончиков задних лап! — И я тебя — до самых кончиков твоих лап, — подхватил его большой заяц и подбросил вверх. — Ну, тогда... тогда... Знаешь, как я тебя люблю?... Вот так! — и зайчонок заскакал-закувыркался по полянке. — А я тебя — вот так, — усмехнулся большой заяц, да так подпрыгнул, что достал ушами до веток! «Вот это прыжок! — подумал зайчонок. — Если б я так умел!». — Я люблю тебя далеко-далеко по этой тропинке, как от нас до самой реки! — А я тебя — как через речку и во-о-о-он за те холмы... «Как далеко-то», — сонно подумал зайчонок. Ему больше ничего не приходило в голову. Тут вверху, над кустами, он увидел большое тёмное небо. Дальше неба ничего не бывает!
— Ну почему ты всегда такой душный? Ты не думаешь, что бывают просто влюбленные? Знаешь, такое случается. — Конечно, в сказках, почти во всех, так ведь? — Во всех! — Ты их, наверное, хорошо знаешь. — Да. И я решила прожить свою жизнь как в сказке. Которая ещё пока не написана. Я сама придумываю каждый шаг, каждое мгновение, я сама пишу свою сказку.
Я верю, что воображение важнее знания. Что миф могущественнее истории. Что мечты сильнее фактов. Что надежда всегда берет верх над жизненным опытом. Что единственное лекарство от горя — смех. И я верю — любовь сильнее смерти.
Создатель объединил весь род человеческий цепью любви. Я часто думаю, что нет на свете такого человека, который никогда бы не испытывал к другому человеку добрые чувства и сам не пользовался чьей-то добротой; ибо все мы — единая семья, идущая от Адама.
I believe in the people Of all nations To join and to care For love. I believe in a world, Where light will guide us And giving our love We'll make heaven on earth.