29 сентября 2026, вторник
Раздел

Цитаты на тему «религия»

Цитаты на тему «религия» – подборка вдохновляющих фраз из книг, фильмов, песен и сериалов, а также афоризмы и высказывания великих людей.

Авторы по этой теме

В Священном Писании говорится: «Не судите да не судимы будете», и еще: «Ибо каким судом судите, таким будете судимы». Вы бы, бабушка, не спешили бы судить, а то как бы Христос, несмотря на свое милосердие, не исполнил бы обещанное, и придется вам самой жариться после суда на сковородке, приготовленной для других, – рассмеялась девушка.
Только Посредник способен помочь Воспринимающему прикоснуться к первородному свету, проникающему сквозь искусство. Ведь настоящее искусство нужно только для этого, — для того, чтобы позволить человеку хотя бы на секунду вырваться из сонного паралича своего обыденного оцепенения и хотя бы на мгновение нащупать тот позабытый мир, из которого он пришёл.
— Святослав Элис · книга
Все религии лгут. Все моральные постулаты — заблуждение. Даже звезды — мираж. Истина — это темнота, и единственное, что имеет значение, так это заявить о себе, прежде ступить в нее. Врезать кожу мира и оставить зарубку. Если на то пошло, вся история человечества — рубцовая ткань.
— Стивен Кинг · книга
Критиковать других на основе их расовой принадлежности нелепо и иррационально, критиковать чужую религию, представляющую добровольный выбор, является неотъемлемым правом каждого.
Вера – первое, в чем я начал сомневаться. Потому что начал сомневаться в божественной справедливости. Еще в детском саду я задумался: а что, на небе со мной все будет так же, как с протестантами, как с католиками? Меня вообще всегда интересовала возможность несправедливости. Ко мне-то все были очень расположены, я с детства нравился людям, был, что называется, прелестным ребенком. Другие нравились меньше, и я замечал это. И по вечерам изводил маму вопросами, главный из которых был, конечно, «почему?». А она мне говорила: то, что ты нравишься людям, – дополнительные возможности и дополнительная ответственность. И только. Но во мне поселилось чувство вины, что смешно, из-за несправедливого мироустройства. А потом религия и вовсе перестала устраивать меня – из-за догмы, предписывающей, что можно, а что нельзя. А это опасно – любое предписание. Жизнь состоит из различий, все имеет право на жизнь. Мне ближе ментальность древних греков: они знали, что такое повороты колеса фортуны, взлеты и падения. У них глубже понимание самой природы человека, его натуры. Для них естество первично.
Я не лицемерная мразь, как ты, мне стыдно перед божеством, которого даже не существует. То ли дело ты — ходячий оплот человеческого порока: алкоголик, тунеядец, лжец, как только в своей убогой жизни ты не грешил! И ты носишь крестик! На протяжении года, от каждой твоей выходки уготовленный для тебя котел в аду становится горячее. Ты действительно надеешься искупить все свои грехи, сожрав магазинный кулич? Нет, сука, так это не работает! Если бы Иисус мог, от твоего позора он уперся бы лбом в свою ладонь, но он не может этого сделать, потому что он умер за твои грехи! А единственная твоя благодарность ему, это сказать раз в год, что он воскрес?
— Это вот и есть ведьма? — По мне, не очень похоже. — Священник сказал, она призналась. — Мы оба прекрасно знаем, как церковь умеет убеждать.
— Сколько книг! Никому нельзя запрещать их читать... — Может, их считают слишком ценными и слишком хрупкими? — Нет, дело в другом, Эджио. Эти книги часто содержат истину, которая отличается от нашей. Идеи, которые могут заставить нас усомниться в непогрешимости слова Господня... А сомнение, Эджио, — первый враг веры.
Будучи всегда занята по горло, сестра моя посещала церковь через доверенных лиц; другими словами, в церковь ходили Джо и я.
— Чарльз Диккенс · книга
Религия не отомрет, пока мы не перестанем бояться смерти, темноты, неизвестности и друг друга.
Двенадцать снов королеве, что спит под венцом из камней. Восемь ночей породили восемь свирепых зверей. Четыре гвоздя лишь подарят грешнику вечный покой. Возносится к небу молитва о том, кто уходит на бой. Возможно, близок час падения гордого древнего Лондона. Возможно, его жители танцуют перед лицом смерти в последний раз. Столкнувшись со зловещим и неведомым, люди начали искать ответы. Верить в приметы, в силу звезд, в дурные знамения. Слушать священников, которые объясняли то, чему не было объяснения. Разочаровавшись в религии, люди обратились к науке. Я наблюдал, как они строят города и создают оружие для своих бесконечных войн. Старые ответы забывались, возникали новые вопросы. Что есть тьма, как не сокрытый свет? Что есть стена, как не порабощенный камень? Что есть стекло, как не истерзанный песок? Что есть песня, как не боевой клич? Что есть ненависть, как не угасшая любовь? Что есть жизнь, как не ожидание смерти?
Я: Зачем вы приходили в церковь? Он: Люблю. Церкви меня успокаивают. Дева Мария у вас замечательная. В некоторых соборах я б прямо жил. Знаете, вероятно, из меня вышел бы неплохой священник, есть у меня даже ощущение, что я им был. В детстве я, право, не знал, кого предпочесть – Медузу Горгону из павильона или Деву Марию из фамильной часовни. Это было огромной дилеммой, пока до меня не дошло, что можно любить обеих. И что обе по сути – одно лицо.
Но разве станет мир хуже от того, что никого и никогда не станут именем Бога сжигать на кострах? — спросил я. — Если не будет в людях слепой веры в Бога, ради которой они способны творить подобное друг с другом. Какую опасность таит мир, живущий по светским законам и не допускающий совершения столь ужасных деяний?
— Энн Райс · книга
А завтра утром я стану служить мессу. Но до утра еще далеко, и волшебства в службе давно не осталось. А сейчас — только ночь и Мэгги. Желанная. И это тоже — святое причастие.
— Колин Маккалоу · книга