28 сентября 2026, понедельник
Раздел

Цитаты про смирение со смыслом

Авторы по этой теме

Тягчайшие брани помысла: блуд, уныние. Надо смиряться. Смирение привлекает помощь Божию. Растлевающее действие блудных помыслов от услаждения ими — надолго отступает благодать Божия, привлечь которую опять можно только покаянием искренним и воздержанием от этих помыслов.
Отчаяние – это то состояние души человека, в котором уже невозможно ни познать, ни выполнить волю Божию. Это потеря благодати, потеря в себе силы Божией, которой человек соблюдается к спасению. Недаром враг ищет именно этого состояния души, в котором он может властвовать (по причине богооставленности души) над ней и творить волю свою. Какую волю? Волю мести, волю ненависти, волю смерти. Так вот, антиподом отчаяния является смирение. Бог не допустит страданий душе сверх должного, не возложит на душу непомерное бремя. И потому смирение доступно человеку во всех обстоятельствах его жизни, сколь бы тяжкими они ни казались. Посему Бог ищет в нас смирение, в котором Он может сотворить волю Его – волю милости и прощения человеческих грехов, волю любви, волю жизни. Поэтому смирение – это путь к Богу.
…смирение есть спокойствие в добродетели. Добродетель не терзает душу человека, она дает ей спокойствие от исполнения должного. Должное же – от Господа, в его заповедях.
Зависть происходит от гордости и, вместе, от нерадения к исполнению должного. Каин понерадел принести избранную жертву Богу. А когда Бог за такое нерадение презрел его жертву, а усердную и избранную жертву Авеля принял, тогда он, объятый завистью, решился убить и убил праведного Авеля. Всего лучше… стараться истреблять зависть в самом начале смиренною молитвою и смиренною исповедию и благоразумным молчанием.
За смирением следует страх Господень, богатство и слава и жизнь.
Между верой теоретической, и той верой, что предстоит обрести, когда оказываешься лицом к лицу с материализовавшимся гипотетическим допущением, лежит непреодолимая пропасть.
— Ника Остожева · книга
«Смирение для меня — видеть только свои грехи и недостатки, принимая без всяких условностей происходящее. Надо всё принимать, не замечать за другими ничего злого и недостойного, уметь чувствовать, спокойно принимая всё, что пошлёт нам жизнь. Трудно, сложно — я принимаю»
Знание растёт не от твоих побед над другими, тебя возвышающих. Но от мудрости, смирения и радостности, которые ты добыл в себе так и тогда, когда этого никто не видел.
Когда человек достигает мудрости – первое, что он находит в себе, – смирение и равновесие. Бунт в себе и всякое ревнивое трепыхание страстей, всякое желание постоянно объясняться с людьми и объяснять им себя – все это покидает человека, как и страх всяких грядущих событий.
Уже смирилась, что есть вещи, познать которые удастся лишь к определённому часу. Пробил он или нет – решать зачастую не мне.
— Ксения Власова · книга
Немощным телом, но совершившим много грехов, иеросхимонах Амвросий советует самое наилучшее средство ко спасению – это прибегать к самоукорению и смирению и в неприятных случаях более обвинять себя, а не других.
мы следим, следим, расследуем, мы прошагиваем, истаптываем. вся в пятах муравьиных планета, всё невиданно-чужестранное. мы хотим расследить всю землю, мы хотим исследить всё небо. и, пожалуй, на нас вселенной не отыщешь смиренней
«Признать свое недостоинство, увидев себя таким или такой, какой или какая я есть». Что стоит за этим признанием? Видение своей немощи, невозможности проявить себя совершенно в соответствии с духовным законом своего существования, заповедями Божиими. Понимание необходимости врачевания данной немощи, восполнения благодатью Божией ущербности нашего бытия. Острого ощущения, что искать источник благодати нужно не в наших заслугах (которых нет), а в милости Божией и только в ней. И наконец, принятие смиренного упования на милость Божию как источник своего существования. По учению Оптинских старцев, смирение есть то, в чем безусловно заключается воля Божия относительно каждого из нас.
Помысел все время толкает нас на то, чтобы мы признали себя лучше, талантливее, достойнее других людей, – то есть на прегрешение против образа Бога в других людях, по отношению к которому мы не должны превозноситься. Чем сильнее подобное самопревозношение, тем тяжелее последующее падение. Радикально нейтрализовать губительный помысел можно через его противоположность, именно через отношение к себе как худшему из людей. И если помысел нас преследует постоянно и неутомимо, то и сила смирения к почитанию себя худшим из всех должна быть столь же постоянна и неутомима.