Низкий поклон всем Советским боксерам Чемпионам, которые ковали свои победы, защищая честь Великой страны СССР и для которых долг, честь, совесть и любовь – понятия бессрочные!
Советский Союз я защищаю до смерти. Это была моя родина. Сейчас я живу бог знает где. Нас посетила какая-то чума. Но она скоро закончится. Самое главное оружие — это терпение. Нужно терпеливо воевать, не принимать и постоянно гадить этой чуме, пока она не сломается.
Плановая социалистическая экономика даёт стабильность и разумное потребление ресурсов, исключает перепроизводство, децентрализованная коммунистическая экономика даёт развитие, стремление к познанию и к мечте!
В советские времена шел административный торг между военными, промышленниками разных отраслей (оборонной «девяткой», производителями товаров народного потребления, аграриями) за приоритеты народно-хозяйственного развития, то есть за долю отрасли в общем объеме распределяемых ресурсов. Причем вес отрасли и административный вес ее руководителей определялся по объему потребляемых ресурсов — чем больше потребляет отрасль, тем больше ее значение для народного хозяйства ресурсного государства. Само соотношение между великой целью и способами ее достижения (распределением ресурсов между отраслями и территориями) было предметом торга. Иногда для строительства социализма оказывалось значимым ресурсообеспечение обороны, иногда — сельского хозяйства, реже — науки и технологий. В рамках отрасли торг шел между главками, трестами и отдельными предприятиями. И отношения между предприятиями в рамках министерства также представляли собой своеобразную административную торговлю. Такой же торг шел между республиками, областями и краями, городами и районами — за долю ресурсов, получаемых из централизованных источников или отдаваемых в распоряжение государства.
Статусность распределения видна на примере распределения книжной продукции, когда делом чести успешного социалистического труженика было создание библиотеки из дефицитных изданий. Административный рынок перераспределения книг, складывавшийся вокруг директоров книжных баз и магазинов, был не менее значим, чем такой же рынок вокруг мясных магазинов и колхозных рынков.
С уходом Сталина всё понеслось под откос, потому что к власти пришёл Хрущёв, который стал выразителем интересов определённой части партийно-государственного аппарата, которой та модель советского проекта и тот напряжённый труд был не по нраву. Они хотели расслабиться и жить в своё удовольствие. Это была уже поступь реакции.
В советской экономике, безусловно, были кризисные элементы, но они носили структурный характер, а не системный; это разные вещи. То есть сама система советской экономики была вполне конкурентоспособной. Это признавали даже лидеры Запада: Рейган и Тэтчер.
Назвать период правления Хрущёва оттепелью, ну, уж точно нельзя. Это была слякоть, которая, как ржа, проела всю советскую систему, весь партийно-государственный аппарат, и в результате мы оказались у разбитого корыта.
Хрущёв не был убеждённым антисталинистом, он просто хотел одеть колпак Сталина на себя, то есть он хотел поставить на место одного культа личности другой, свой культ личности.
Вот почему рухнул Советский Союз, потому что из-за карьерных устремлений многие вступали в партию, носили партийный билет, а по своей сути были, конечно, не коммунисты.
Кто бы ни пришёл к власти, помимо Горбачёва, я думаю, Советский Союз он не упустил бы, тот же Ельцин, например, с его звериным чутьём власти. Горбачёв сам по себе, как фигура, оказался настолько слаб, что просто не смог справиться с ситуацией. Никаких объективных предпосылок к развалу Советского Союза не было. Это в чистом виде рукотворное действо определённой части политической и военной элиты страны.
Долгие годы я искренне был убеждён, что Горбачёв как лидер государства стал жертвой обстоятельств. Но когда я стал писать четвёртый том своей книги и стал детально изучать архивные материалы, и мне на глаза попались в том числе и записки Александра Николаевича Яковлева Горбачёву и резолюции Михаила Сергеевича на этих записках, и когда я познакомился с целым рядом работ своих коллег, я однозначно понял, что Горбачёв — это не жертва обстоятельств, а самый настоящий создатель этих обстоятельств, и на протяжении всех лет своего руководства советским государством он сознательно вёл дело к разрушению советского социалистического строя вместе с Яковлевым, Медведевым, Черняевым и другими людьми из его ближнего круга.
Окончательно добила сталинскую экономическую модель столь воспеваемая либералами косыгинская экономическая реформа. В её основу была положена прибыль как основной показатель эффективности экономического роста.