С кем вы работаете, Ваше Сиятельство? Дилетанты, дурновкусица. А я — артист, милейший, смею сказать, хороший. Меня декорации вдохновлять должны, будить фантазию!
Une femme est l'amour, la gloire et l'espérance; Aux enfants qu'elle guide, à l'homme consolé, Elle élève le coeur et calme la souffrance, Comme un esprit des cieux sur la terre exilé.
Муза нужна каждому. Даже музе. Не мифическая, волшебная, приходящая или не приходящая, когда ей заблагорассудиться, а самая настоящая, живая, теплая, у которой можно засыпать на плече.
Я чувствую, во мне горит Святое пламя вдохновенья, Но к темной цели дух парит... Кто мне укажет путь спасенья? Я вижу, жизнь передо мной Кипит, как океан безбрежной... Найду ли я утес надежный, Где твердой обопрусь ногой? Иль, вечного сомненья полный, Я буду горестно глядеть На переменчивые волны, Не зная, что любить, что петь?
Свежий продакшн, осенние ноты. Вспышки эмоций, горный воздух пока ещё в лёгких. Ночь проявляет плёнку, фокус гуляет по склонам. Верю в свободу слова — пусть это станет основой.
«В кожної нації свої хвороби. В рос*ї — невиліковна!» #ЛінаКостенко *** Не любить слово стимулів плечистих Бо п'є натхнення тільки з рік пречистих *** Непокаране зло регенерує себе.
Огня и ветра! Слушай глас земли, Когда водой заполненная бездна Взовет, тогда ты Жизнь освободи, В природе нет того, что бесполезно! Ты рок и вдохновение мечты, Мой Путь длинною в вдох и бесконечность Спроси кто избранный? Отвечу — это ты, Безумное мгновение и вечность.
Сквозь всё, что я делаю, думаю, помню, Сквозь все голоса вкруг меня и во мне, Как миг тишины, что всех шумов огромней, Как призвук, как привкус, как проблеск во тьме, - Как звёздами движущее дуновенье, - Вот так ворвалась ты в моё бытиё, - О, радость моя! О, моё вдохновенье! О, горькое-горькое горе моё!
Да, слава пришла, но вместе с ней и тишина. Я больше не видел истории, не слышал своих персонажей. Слова-солдаты, которые раньше беспрекословно слушались своего генерала, отказывались становиться в строй и подчиняться мне. Я осознал, что не способен связать и двух слов.
В этот час, в этом месте, как обычно, нашло на него привычное состояние мрачного вдохновения. Все впечатления дня сплелись в стройную и осмысленную форму, и в нем, в глубине, волнуемой завыванием румынских скрипок, запахами женских духов, духотой людного зала, — возникла тень этой вошедшей извне формы, и эта тень была — вдохновение. Он чувствовал, что каким-то внутренним, слепым осязанием постигает таинственный смысл вещей и слов.
У нас на кожну проблему можна лягти й заснути. Прокинутись через сто років — а вона та сама. *** У всіх країнах мови як мови, інструмент спілкування, у нас це фактор відчуження. Глуха ворожість оточує нашу мову, навіть тепер, у нашій власній державі. Ми вже як нацменшина, кожне мурло тебе може образити. Я ж не можу кроку ступити, скрізь привертаю увагу, іноді навіть позитивну, але від цього не легше. Бо в самій природі цієї уваги є щось протиприродне, принизливе. Людина розмовляє рідною мовою, а на неї озираються.