У Райкина в чём проблема? Я вам объясню. На мой взгляд — Константин Райкин замечательный актёр совершенно, недовостребованный, на мой взгляд, как раз из-за своего театра. Великолепный артист! <...> У него талант такой, знаете, такой лёгкий, как воздушный шарик. Потом, что произошло? На одном собрании рядом с этим «шариком» упало «бревно начальственное». Оно не на него упало, оно упало рядом. Но всё, что сейчас происходит уже третий месяц, вот эти крики Константина Аркадьевича — это возмущение легкого, хрупкого предмета по поводу того, что нельзя же брёвнам падать, понимаете, ведь оно же могло же и убить. Так вот, не надо брёвнами пытаться... не надо брёвнами регулировать культурную отрасль. Не надо!
Почему рухнул царизм? Сословное общество построили! Почему рухнул Советский Союз? Сословное общество построили! Мы сейчас что построили? Мы сейчас построили тоже сословное общество с наглухо закрытыми социальными лифтами... Извините, потребность рождает функцию. Поэтому Ленин до сих пор актуален.
Господа немцы, упаси Бог! Нет ни одного русского генерала, нет ни одного русского политика, который не знает, что худшего союзника, чем Польша — нет. Вот она теперь ваш союзник — и вы оставайтесь с ней, желаю вам счастья!
Андрей Маркович Максимов: — Для того, чтобы стать богатым человеком — надо очень много работать! Скажи́те!? Это тяжёлый труд! Владимир Рудольфович Соловьев: — Но лучше было бы вовремя приватизировать какую-нибудь нефтяную компанию... Михаил Геннадьевич Делягин: — ... А потом рассказывать, как много ты работаешь!
Пять процентов населения мира занимается любимым делом, девяносто пять что делают? Зарабатывают деньги! В России давно есть национальная идея надо заработать как можно больше! <...> Есть учёные, есть потрясающие учёные, есть Карен Шахназаров, замечательный режиссёр, который вряд ли снимает фильмы, движимый этой идеей, но это — пять процентов, а девяносто пять процентов — это люди, не нашедшие себя. Люди, не нашедшие себя, начинают зарабатывать деньги.
Мы снизили инфляцию за счёт обеднения людей. Это позиция, которая признаётся даже госпожой Набиуллиной. <...> Безысходность — это то, что разрушает нервы даже самых устойчивых и самых спокойных людей. Если у нас не будет изменения социально-экономической политики от стабилизации «как на кладбище» к развитию, <...> то общественная психика продолжит разрушаться.
То, что однополярный мир, как концепция, явно имеет серьёзные проблемы, находится в кризисе, это очевидно для тех, кто более или менее трезво смотрит на эти вещи, а нас тянут в ту концепцию, которая уже не удалась: «Идите, лягте под Соединённые Штаты Америки, помогите им сохранить однополярный мир, вы будете жить хорошо, вы будете сладко есть, хорошо спать...и прочая и прочая». Ну это смешно, честное слово. Так можно говорить или от некомпетентности и наивности, или от глупости, или от предательства. А предательство, между прочим, тоже бывает глупым и чаще всего оно глупым и является. Почему? Потому что оно ко всем процессам подходит с калькулятором, или раньше с арифмометром, или со счётами. Оно всё считает на выгоду. Вот, где выгодно — где не выгодно. Именно так, между прочим, большинство предателей в истории и проигрывали. Потому что в тот момент, когда они предавали, им казалось, что это выгодно. «Выгодно служить Великой Германии» — считали многие, когда Великая Германия пришла на восток. Выгодно! Это и было выгодно! На тот момент, когда Великая Германия пришла на восток — это было выгодно. Потом, когда их повесили — это стало невыгодно. Но для того, чтобы понять, что это будет невыгодно, надо было не только с калькулятором подходить к жизни...