— В воспоминаниях братьев Васильевых есть эпизод, где они встречаются со Сталиным на волне успеха фильма «Чапаев» и говорят ему: «Вы знаете, если бы мы знали, что фильм «Чапаев» будет таким успешным, мы бы его сделали ещё лучше». На что Сталин им сказал: «Если бы мы знали, что революция будет такой успешной, мы бы сделали ещё лучше». Поэтому, если бы знать задним числом, как можно сделать лучше и что из этого получится... — Ну конечно. К сожалению, сегодня не продают завтрашних газет. [ведущий В. Р. Соловьев]
— Понятно, что художественной литературой невозможно заместить знание истории, исторических фактов и той действительности, которая была. Невозможно почувствовать все те произведения, о которых говорилось, прекрасные, замечательные произведения, если ты не знаешь, о чем идет речь. Это разные вещи. Безусловно, это задача школы. И это ничем нельзя заместить. Чтобы это все понять и прочувствовать, надо об этом знать. Надо знать исторические факты. — Нет таких школ. — Нет — надо создавать. Другого выхода нет.
Империи падают не по причине экономики или политики, а как организм. У тебя может быть много денег и десять автоматов в комнате, но что-то внутри одряхлело и всё, конец.
Тенденция очевидная: на Западе очень сильно испугались того, что происходит сейчас во взаимоотношениях России и Китая. Это страх до дрожи, это страх до скрежета зубов! Не знают, что делать! Не знают, как остановить! Сейчас будет всё, сейчас будут концерты ведущих звёзд западной эстрады, которые раньше говорили о том, что нет, ну Россия отстаёт от демократического развития и туда ездить не надо. Сейчас будут предложения; форумы; встречи с бизнесом; всё, что угодно... Немножко момент упущен. Нужно будет много-много делать нашим западным партнерам для того, чтобы заслужить это внимание. Для того, чтобы заслужить не просто внимание, а вернуть доверие, потому что ни деньги, ни бизнес, ни политика не пойдут туда, где предали, и предали не один раз.
Когда я вижу на площади людей, самой большой проблемой которых была пенка в стакане кипячёного молока, и они выходят — кричат: «Мы здесь власть!», то, вы меня извините, я понимаю, что этими людьми управляют для достижения определённых целей.
— Это как с оружием, в Швейцарии огнестрельное оружие положено иметь каждому мужчине-гражданину, а также разрешено применять его для самообороны. Как итог – в Швейцарии самое высокое количество смертей от огнестрельного оружия, но при этом самый низкий показатель преступлений. Всё потому, что большинство убийств происходит во время самообороны. Никто не выбегает с пистолетом на улицу, чтобы пострелять в прохожих ради веселья. В остальных же странах правительство во всё горло кричат о том, что оружие опасно, обычным людям его нельзя давать в руки, ибо они дурные и тут же устроят массовую бойню. Но ведь глупость же, террористу нужны безоружные жертвы. Или что, полицейский, которому дали в руки пистолет, тут же бежит убивать всех направо и налево? А он ведь такой же человек, как общество и служит закону. Преступникам же плевать на закон, они уже преступники и при любых законах раздобудут оружие. Только вот если в Швейцарии или в Израиле вора, забравшегося в дом, попросту убьют хозяева дома при самообороне, оставшись в живыми и с имуществом, то вот остальные люди или пацифисты, которые оружия не имеют, рискуют своей жизнью, здоровьем и имуществом.
У хорошего актера, когда он работает над ролью, есть такое понятие — сверхзадача. Люди могут заниматься чем угодно — пьют кофе, чай, играют с ребенком. Или вот мы сейчас выступаем. У каждого человека есть сверхзадача, сверх-цель. Иногда он ее сам не формулирует. Но она есть. У американцев есть сверхзадача, и она ясно сформулирована — уничтожить Россию и Китай.
Покаяние имеет большое количество значений. Но если мы говорим о покаянии в религиозном смысле, то покаяние не есть признание грехов. Признание грехов — это путь к покаянию. А покаяние — это обновление. Когда человек кается, он говорит: я стал другим.
Для меня очень важный момент — это теория коррупции в России. Вот все в России борются с коррупцией. А с какого момента появилась коррупция? Системной она стала с того момента, когда появились люди, которые могли взять за ручку российского чиновника или его представителя и привести его в адвокатскую контору, купить ему офшорную кампанию. Потом зайти с ним в приличный западный банк и открыть счёт на эту офшорную кампанию. Выдать членов совета директоров и дать возможность, чтобы через несколько итераций никто не спрашивал откуда деньги. Поэтому системную коррупцию в Россию в 90-е годы принёс Запад. Который был главным выгодоприобретателем. Благодаря этому открыли вот эти шлюзы, через которые триллионы хлынули из страны. Потому что если бы Запад захотел побороться с коррупцией в России, это делается просто — перекрываются счета коррупционеров, через которые перегоняются деньги на Запад, и которые не возвращаются в Россию, и из Лондона, например, выдаются сбежавшие банкиры из России, которые прекрасно на этом заработали.
Европа всегда боялась России, и будет бояться. Именно потому, что вы сказали, что в Красноярском крае вся Европа умещается и ещё останется. Они никогда не относились к России с любовью, они с девяностых годов вас не любили, а убаюкивали. И продолжали грабить и ослаблять, не давая усилиться. Говорили не грубо, чтоб не разбудить вас и чтоб такие люди как Примаков не разбудили вас. Примаков это была первая надежда, что в России ещё не всё потеряно и в политическом поле отстаивал интересы России. Единственный в тогдашней власти России, который думал о будущем России.
Истерика, которую мы слышали в связи с судебным процессом по делу Навального, конечно же, зашкаливает. И скрывается от общественности, что те законы, которые существуют для проведения митингов, демонстраций и протестов на Западе, гораздо более жестоки, чем в России. Конечно, я понимаю тех, которые считают, что Россия могла бы более агрессивно реагировать на откровенно высокомерную неподобающую риторику, которая звучит из уст западных деятелей. Но мы все-таки в нашей дипломатической, политической культуре не привыкли скатываться на хамскую риторику. Мы всё-таки вежливые люди и привыкли добиваться своих целей и справедливости вежливо и культурно. Как говорится не в силе Бог, а в правде, устами одного известного персонажа российского кинематографа. И у нас есть хорошая пословица, которую нужно помнить: мягко стелем, но жестко спать. И те, кто принимает наши вежливые манеры за слабости, очень сильно ошибаются.