28 цитат персонажа «Амани аль-Хайза» со смыслом

28 цитат персонажа «Амани аль-Хайза» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я дочь джинна, огонь мне нипочём.

   Я дочь джинна, огонь мне нипочём.

   — Элвин Гамильтон · книга
2. «

   Вот что делает с нами огненная пустыня — превращает в воинственных романтиков.

   Вот что делает с нами огненная пустыня — превращает в воинственных романтиков.

   — Элвин Гамильтон · книга
3. «

   – Что-то медленно ты считаешь, плоховато вас учат посреди песков. – Как раз в меру. Четыре пальца плюс большой, и получается кулак. Хочешь испробовать мой?

   – Что-то медленно ты считаешь, плоховато вас учат посреди песков. – Как раз в меру. Четыре пальца плюс большой, и получается кулак. Хочешь испробовать мой?

   — Элвин Гамильтон · книга
4. «

   Сам того не желая, султан дал нам преимущество. Не армию жутких чудищ, а непобедимую идею. Легенду, которую народ Мираджа примет, в которую поверит. Синеглазый Бандит был куда внушительнее меня в глазах людей, а мятежный принц — привлекательнее Ахмеда. Теперь история о них заиграет новыми красками, и её не забудут никогда. История о мятежном принце, который восстал из мёртвых, чтобы возглавить свой народ и спасти его.

   Сам того не желая, султан дал нам преимущество. Не армию жутких чудищ, а непобедимую идею. Легенду, которую народ Мираджа примет, в которую поверит. Синеглазый Бандит был куда внушительнее меня в глазах людей, а мятежный принц — привлекательнее Ахмеда. Теперь история о них заиграет новыми красками, и её не забудут никогда. История о мятежном принце, который восстал из мёртвых, чтобы возглавить свой народ и спасти его.

   — Элвин Гамильтон · книга
5. «

   Дворец султана ничуть не безопаснее ночных песков.

   Дворец султана ничуть не безопаснее ночных песков.

   — Элвин Гамильтон · книга
6. «

   Деньги найти труднее, чем умные советы.

   Деньги найти труднее, чем умные советы.

   — Элвин Гамильтон · книга
7. «

   Легенды никогда не оправдываются при близком рассмотрении.

   Легенды никогда не оправдываются при близком рассмотрении.

   — Элвин Гамильтон · книга
8. «

   Солнце, песок и ветер стали под моими пальцами живой плотью, налитой мощью, которая была древнее, чем тьма, смерть и грех.

   Солнце, песок и ветер стали под моими пальцами живой плотью, налитой мощью, которая была древнее, чем тьма, смерть и грех.

   — Элвин Гамильтон · книга
9. «

   Без сомнения, она спасла нас, и ей не понадобилось никакого оружия. Я и забыла, каким могуществом обладает хорошая история.

   Без сомнения, она спасла нас, и ей не понадобилось никакого оружия. Я и забыла, каким могуществом обладает хорошая история.

   — Элвин Гамильтон · книга
10. «

    Живя в песках, привыкаешь к жару.

    Живя в песках, привыкаешь к жару.

    — Элвин Гамильтон · книга
11. «

    Порох шуток не любит.

    Порох шуток не любит.

    — Элвин Гамильтон · книга
12. «

    Железо даже бессмертных делает смертными.

    Железо даже бессмертных делает смертными.

    — Элвин Гамильтон · книга
13. «

    Цивилизация и цивилизованность — немного разные вещи.

    Цивилизация и цивилизованность — немного разные вещи.

    — Элвин Гамильтон · книга
14. «

    Здесь, в царстве торговцев, всё продавалось и покупалось, а человеческая жизнь ценилась дешевле всего.

    Здесь, в царстве торговцев, всё продавалось и покупалось, а человеческая жизнь ценилась дешевле всего.

    — Элвин Гамильтон · книга
15. «

    Человеку с такой улыбкой доверять трудно. Она неудержимо тянула меня в дальние края, о которых он рассказывал, и в то же время лишала всякой надежды туда попасть.

    Человеку с такой улыбкой доверять трудно. Она неудержимо тянула меня в дальние края, о которых он рассказывал, и в то же время лишала всякой надежды туда попасть.

    — Элвин Гамильтон · книга
16. «

    Только железо могло сдержать буракки — или убить, так же как упырей. Оно делало его смертным. А наделить плотью так надолго, чтобы оседлать, могли только мы, женщины. Тамид вычитал в какой-то священной книге, что у древних своих женщин нет. Зачем рождать потомство, если ты живёшь вечно? Однако так же как знание есть сила, тяга к неизведанному составляет главную слабость бессмертных существ. Всем известны истории о джиннах, одержимых любовью к прекрасным принцессам и исполнявших любые их желания, равно как о добродетельных жёнах, которые заманивали гулей на клинки своих мужчин, и о храбрых купеческих дочерях, покорявших буракки и скакавших на них верхом в дальние неведомые страны. Древних, при всём их могуществе, всё же тянет к нам, несмотря на риск потерять своё бессмертие и стать существами из плоти и крови.

    Только железо могло сдержать буракки — или убить, так же как упырей. Оно делало его смертным. А наделить плотью так надолго, чтобы оседлать, могли только мы, женщины. Тамид вычитал в какой-то священной книге, что у древних своих женщин нет. Зачем рождать потомство, если ты живёшь вечно? Однако так же как знание есть сила, тяга к неизведанному составляет главную слабость бессмертных существ. Всем известны истории о джиннах, одержимых любовью к прекрасным принцессам и исполнявших любые их желания, равно как о добродетельных жёнах, которые заманивали гулей на клинки своих мужчин, и о храбрых купеческих дочерях, покорявших буракки и скакавших на них верхом в дальние неведомые страны. Древних, при всём их могуществе, всё же тянет к нам, несмотря на риск потерять своё бессмертие и стать существами из плоти и крови.

    — Элвин Гамильтон · книга
17. «

    Война жестока, она не только забирает жизни, но и оставляет кровавый след на телах и в душах тех, кто уцелел.

    Война жестока, она не только забирает жизни, но и оставляет кровавый след на телах и в душах тех, кто уцелел.

    — Элвин Гамильтон · книга
18. «

    Может, и останется после смерти один лишь пепел от наших сожжённых тел на ветру, вечно ищущих друг друга, но истории о нас не умрут ещё долго, пускай неполные и неточные, ведь других и не бывает.

    Может, и останется после смерти один лишь пепел от наших сожжённых тел на ветру, вечно ищущих друг друга, но истории о нас не умрут ещё долго, пускай неполные и неточные, ведь других и не бывает.

    — Элвин Гамильтон · книга
19. «

    Когда султан получит известия, вряд ли кто-нибудь станет признаваться, что победу одержала кучка усталых оборванцев, которым просто повезло. Он узнает лишь, что мы победили и остались живы, а значит, завтра солнце и впрямь взойдёт над новыми песками.

    Когда султан получит известия, вряд ли кто-нибудь станет признаваться, что победу одержала кучка усталых оборванцев, которым просто повезло. Он узнает лишь, что мы победили и остались живы, а значит, завтра солнце и впрямь взойдёт над новыми песками.

    — Элвин Гамильтон · книга
20. «

    Пустыня въедается и в кожу, и в душу.

    Пустыня въедается и в кожу, и в душу.

    — Элвин Гамильтон · книга