61 цитата персонажа «Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs)» — читаем и делимся

61 цитата персонажа «Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs)» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Может, этого и ищет Лили, подумала я. Мужчин, веселых компаний, радостного сознания того, что ты молода и сердце твое бьется?

   Может, этого и ищет Лили, подумала я. Мужчин, веселых компаний, радостного сознания того, что ты молода и сердце твое бьется?

   — Лорен Вайсбергер · книга
2. «

   Некоторые моменты имеют право оставаться тайной: то, как при виде человека у тебя щелкает под ложечкой, или чувства, которые затапливают тебя, стоит ему или ей тронуть тебя за руку или рассмеяться твоей шутке. Первая любовь — чувство сильное и очень личное, оно остаётся с нами надолго, иногда и на всю жизнь. Ты можешь любить своего нынешнего партнёра больше всех на свете, но маленькая частица сердца навсегда будет отдана тому, кого ты любила первым.

   Некоторые моменты имеют право оставаться тайной: то, как при виде человека у тебя щелкает под ложечкой, или чувства, которые затапливают тебя, стоит ему или ей тронуть тебя за руку или рассмеяться твоей шутке. Первая любовь — чувство сильное и очень личное, оно остаётся с нами надолго, иногда и на всю жизнь. Ты можешь любить своего нынешнего партнёра больше всех на свете, но маленькая частица сердца навсегда будет отдана тому, кого ты любила первым.

   — Лорен Вайсбергер · книга
3. «

   — Ваш размер. Восемь с половиной, угадал? — Оу, вы очень добры, но... я думаю, это зря, Миранда видела меня, она знает, как я выгляжу. — А вы?

   — Ваш размер. Восемь с половиной, угадал? — Оу, вы очень добры, но... я думаю, это зря, Миранда видела меня, она знает, как я выгляжу. — А вы?

   — Найджел (Nigel) · фильм
4. «

   Он поцеловал меня одним из тех долгих, ленивых поцелуев, во время которых нам казалось, что мы созданы друг для друга.

   Он поцеловал меня одним из тех долгих, ленивых поцелуев, во время которых нам казалось, что мы созданы друг для друга.

   — Лорен Вайсбергер · книга
5. «

   Когда звонит телефон, большинство людей радуются. Кто-то хочет пообщаться с тобой, поздороваться, порасспросить о жизни, о планах. Для меня же телефон стал дамокловым мечом, назойливым кошмаром, от которого замирает сердце. Люди часто считают, что многочисленные телефонные «навороты» – это всего лишь интересные новинки; меня же прежде всего интересовало, как они могут помочь мне хоть частично остановить льющийся из трубки поток приказов.

   Когда звонит телефон, большинство людей радуются. Кто-то хочет пообщаться с тобой, поздороваться, порасспросить о жизни, о планах. Для меня же телефон стал дамокловым мечом, назойливым кошмаром, от которого замирает сердце. Люди часто считают, что многочисленные телефонные «навороты» – это всего лишь интересные новинки; меня же прежде всего интересовало, как они могут помочь мне хоть частично остановить льющийся из трубки поток приказов.

   — Лорен Вайсбергер · книга
6. «

   — Позвоните моему мужу насчет обеда и… — В Фостис? Уже звонила. — Я должна переодеться. — Да. Я уже отправила вашу одежду с посыльным. — Хорошо. И, Андреа, сегодня я вас прошу доставить книгу мне на дом. Эмили даст вам ключ.

   — Позвоните моему мужу насчет обеда и… — В Фостис? Уже звонила. — Я должна переодеться. — Да. Я уже отправила вашу одежду с посыльным. — Хорошо. И, Андреа, сегодня я вас прошу доставить книгу мне на дом. Эмили даст вам ключ.

   — Миранда Пристли · фильм
7. «

   Лили была немного слишком чудачка, чтобы хоть что-то делать «как все», но мы с ней отлично дополняли друг друга.

   Лили была немного слишком чудачка, чтобы хоть что-то делать «как все», но мы с ней отлично дополняли друг друга.

   — Лорен Вайсбергер · книга
8. «

   Я чувствовала, что тараторю как ненормальная, и любой психотерапевт с легкостью бы определил, что мое напускное оживление в действительности скрывало отсутствие эмоций.

   Я чувствовала, что тараторю как ненормальная, и любой психотерапевт с легкостью бы определил, что мое напускное оживление в действительности скрывало отсутствие эмоций.

   — Лорен Вайсбергер · книга
9. «

   Я работаю на компанию, которая понимает «организацию» как постоянную слежку за тем, куда ходит каждый сотрудник, что он предпочитает на обед и сколько минут способен крутить педали велотренажера. Повезло же мне.

   Я работаю на компанию, которая понимает «организацию» как постоянную слежку за тем, куда ходит каждый сотрудник, что он предпочитает на обед и сколько минут способен крутить педали велотренажера. Повезло же мне.

   — Лорен Вайсбергер · книга
10. «

    ... Она тогда заставила меня позвонить шеф-повару и отчитать его по телефону — при этом стояла надо мной и говорила, что именно кричать...

    ... Она тогда заставила меня позвонить шеф-повару и отчитать его по телефону — при этом стояла надо мной и говорила, что именно кричать...

    — Лорен Вайсбергер · книга
11. «

    — А ты... Так похудела! — Серьезно?! — Да! — Всё это ради Парижа. У меня новая диета, очень эффективная: я вообще ничего не ем. А когда чувствую, что вот-вот упаду в обморок — грызу кусочек сыра. — Она явно действует... — Да, ещё пара приступов гастрита и я буду у цели.

    — А ты... Так похудела! — Серьезно?! — Да! — Всё это ради Парижа. У меня новая диета, очень эффективная: я вообще ничего не ем. А когда чувствую, что вот-вот упаду в обморок — грызу кусочек сыра. — Она явно действует... — Да, ещё пара приступов гастрита и я буду у цели.

    — Эмили Чартон · фильм
12. «

    Лучше недосолить, чем переперчить.

    Лучше недосолить, чем переперчить.

    — Лорен Вайсбергер · книга
13. «

    — Я знаю отличное занятие, для которого одежда вообще не нужна! — Да ну!

    — Я знаю отличное занятие, для которого одежда вообще не нужна! — Да ну!

    — Дьявол носит «Prada» (The Devil wears Prada) · фильм
14. «

    Ты продала свою душу дьяволу, когда в первый раз надела туфли.

    Ты продала свою душу дьяволу, когда в первый раз надела туфли.

    — Лорен Вайсбергер · книга
15. «

    Ну что за стерва! В первый раз она могла назвать меня Эмили просто по ошибке, но во второй раз она, конечно же, сделала это нарочно.

    Ну что за стерва! В первый раз она могла назвать меня Эмили просто по ошибке, но во второй раз она, конечно же, сделала это нарочно.

    — Лорен Вайсбергер · книга
16. «

    Дьявол! У этой женщины просто талант на то, чтобы портить мне жизнь.

    Дьявол! У этой женщины просто талант на то, чтобы портить мне жизнь.

    — Лорен Вайсбергер · книга
17. «

    Лестница была там же, где я видела ее в воспоминаниях, но в сумерках выглядела по-другому. Я привыкла к унылым и коротким зимним дням, и мне было странно, что уже половина седьмого, а небо только-только начинало темнеть. Этим вечером лестница выглядела по-королевски – нечасто такое увидишь. Она была красивее лестницы на площади Испании в Риме, красивее той, что ведет ко входу в библиотеку Колумбийского университета, красивее даже дух захватывающего подъема к Капитолию. Только взобравшись на десятую ступеньку этого белого великолепия, я поняла, сколько огорчений могут доставить такие вот шедевры. В чьем воспаленном воображении могла родиться мысль заставить женщину в узком платье до пола и в туфлях на шпильках карабкаться на эту Голгофу? Поскольку я не могла как следует возненавидеть архитектора – или даже тех, кто поручил ему эту работу, – я переложила всю тяжесть их ответственности на Миранду, которая в последнее время выступала в роли явной либо неявной виновницы всех моих несчастий.

    Лестница была там же, где я видела ее в воспоминаниях, но в сумерках выглядела по-другому. Я привыкла к унылым и коротким зимним дням, и мне было странно, что уже половина седьмого, а небо только-только начинало темнеть. Этим вечером лестница выглядела по-королевски – нечасто такое увидишь. Она была красивее лестницы на площади Испании в Риме, красивее той, что ведет ко входу в библиотеку Колумбийского университета, красивее даже дух захватывающего подъема к Капитолию. Только взобравшись на десятую ступеньку этого белого великолепия, я поняла, сколько огорчений могут доставить такие вот шедевры. В чьем воспаленном воображении могла родиться мысль заставить женщину в узком платье до пола и в туфлях на шпильках карабкаться на эту Голгофу? Поскольку я не могла как следует возненавидеть архитектора – или даже тех, кто поручил ему эту работу, – я переложила всю тяжесть их ответственности на Миранду, которая в последнее время выступала в роли явной либо неявной виновницы всех моих несчастий.

    — Лорен Вайсбергер · книга
18. «

    Я прощала ей, что она голодает до полусмерти, но я не могла простить, что она об этом рассказывает.

    Я прощала ей, что она голодает до полусмерти, но я не могла простить, что она об этом рассказывает.

    — Лорен Вайсбергер · книга
19. «

    — Чёрт... — О, не переживайте, уверен, у вас в шкафу ещё немало всякой синтетики. — Ладно. Вы считаете — я ужасно одеваюсь? Но я не собираюсь всю жизнь работать в журнале мод, так что я не вижу смысла менять свой облик только потому, что здесь работаю. — Да, это верно. Ведь в конечном счёте многомиллионная индустрия моды на что направлена? На красоту души.

    — Чёрт... — О, не переживайте, уверен, у вас в шкафу ещё немало всякой синтетики. — Ладно. Вы считаете — я ужасно одеваюсь? Но я не собираюсь всю жизнь работать в журнале мод, так что я не вижу смысла менять свой облик только потому, что здесь работаю. — Да, это верно. Ведь в конечном счёте многомиллионная индустрия моды на что направлена? На красоту души.

    — Найджел (Nigel) · фильм
20. «

    — Я пришла на собеседование к мисс Эмили Ча... — Анреа Сакс? Понятно. У сотрудников отдела кадров, видимо, совсем крыша съехала. Идёмте. Раньше я была младшей ассистенткой Миранды, но меня повысили. Моя старшая ушла на повышение. Постарайтесь, две последние стажерки не продержались у Миранды и двух недель. Нам нужен человек, который здесь выживет. — А Миранда, это кто? — О боже! Будем считать, что вы не задавали этого вопроса. Она главный редактор «Подиума» и легендарная личность. Тебя возьмут в любой журнал, если сможешь продержаться у неё год.

    — Я пришла на собеседование к мисс Эмили Ча... — Анреа Сакс? Понятно. У сотрудников отдела кадров, видимо, совсем крыша съехала. Идёмте. Раньше я была младшей ассистенткой Миранды, но меня повысили. Моя старшая ушла на повышение. Постарайтесь, две последние стажерки не продержались у Миранды и двух недель. Нам нужен человек, который здесь выживет. — А Миранда, это кто? — О боже! Будем считать, что вы не задавали этого вопроса. Она главный редактор «Подиума» и легендарная личность. Тебя возьмут в любой журнал, если сможешь продержаться у неё год.

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · фильм