35 известных цитат персонажа «Фанни Прайс»

35 цитат персонажа «Фанни Прайс» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мэри Кроуфорд: — Если Том не выживет, Эдмунд станет наследником. Богатство и честь семьи попадут в более достойные руки. Знаю, вы считаете, что я не должна говорить такие вещи. Но готовность к любому повороту судьбы — это признак развитого индивидуума. Я советую Вам, сэр Томас, не тревожить себя вмешательством в это дело. Пусть все идет свои чередом. Всем будет довольно трудно. И хотя Том, да хранит его Господь, может оказаться слишком слаб для этого мира, остальные должны жить. Я говорю о том, что надо делать — а не о моих чувствах. Фанни Прайс: — Вы, возможно, пожалеете о своей готовности принять смерть Тома. Мэри Кроуфорд: — А Вы, Фанни Прайс, — о Вашей плохо замаскированной злости в мой адрес. Если бы Вы согласились выйти за моего брата, то готовились бы сейчас к свадьбе. И сэр Генри не завел бы сейчас романа с миссис Рашворт. Все свелось бы к безобидному флирту, к ежегодным встречам в Сазертоне. В случившемся можно обвинить Вас! Эдмунд Бертрам: — Вы так спокойно говорили о возможной кончине моего брата, что мое сердце пронзил холод. Холод. Вы радостно планируете приемы на его деньги. Вы осадили моего отца, как пса под столом. Вы напали на Фанни за то, что у нее безошибочное чутье на людскую сущность. Все это, к несчастью, убедило меня в том, что та, с кем я стремился быть рядом все эти месяцы, была создана моим воображением. Это не Вы, мисс Кроуфорд. Вы мне не знакомы. Я не знаю Вас. И, как это не печально, не хочу знать.

   Мэри Кроуфорд: — Если Том не выживет, Эдмунд станет наследником. Богатство и честь семьи попадут в более достойные руки. Знаю, вы считаете, что я не должна говорить такие вещи. Но готовность к любому повороту судьбы — это признак развитого индивидуума. Я советую Вам, сэр Томас, не тревожить себя вмешательством в это дело. Пусть все идет свои чередом. Всем будет довольно трудно. И хотя Том, да хранит его Господь, может оказаться слишком слаб для этого мира, остальные должны жить. Я говорю о том, что надо делать — а не о моих чувствах. Фанни Прайс: — Вы, возможно, пожалеете о своей готовности принять смерть Тома. Мэри Кроуфорд: — А Вы, Фанни Прайс, — о Вашей плохо замаскированной злости в мой адрес. Если бы Вы согласились выйти за моего брата, то готовились бы сейчас к свадьбе. И сэр Генри не завел бы сейчас романа с миссис Рашворт. Все свелось бы к безобидному флирту, к ежегодным встречам в Сазертоне. В случившемся можно обвинить Вас! Эдмунд Бертрам: — Вы так спокойно говорили о возможной кончине моего брата, что мое сердце пронзил холод. Холод. Вы радостно планируете приемы на его деньги. Вы осадили моего отца, как пса под столом. Вы напали на Фанни за то, что у нее безошибочное чутье на людскую сущность. Все это, к несчастью, убедило меня в том, что та, с кем я стремился быть рядом все эти месяцы, была создана моим воображением. Это не Вы, мисс Кроуфорд. Вы мне не знакомы. Я не знаю Вас. И, как это не печально, не хочу знать.

   — Мэри Кроуфорд · фильм
2. «

   У меня нет таланта быть уверенной...

   У меня нет таланта быть уверенной...

   — Мэнсфилд Парк (Mansfield Park) (1999) · фильм
3. «

   — Я слышал, Кроуфорд нанес Вам визит? — Да. — Он был с Вами мил? — Да. Очень. — Ваше сердце переменилось к нему? — Да. И не раз. Я поняла... Я поняла, что... — Тише. Нам с вами не следует говорить, когда слов недостаточно. — Мне Вас не хватало. — Мне Вас тоже.

   — Я слышал, Кроуфорд нанес Вам визит? — Да. — Он был с Вами мил? — Да. Очень. — Ваше сердце переменилось к нему? — Да. И не раз. Я поняла... Я поняла, что... — Тише. Нам с вами не следует говорить, когда слов недостаточно. — Мне Вас не хватало. — Мне Вас тоже.

   — Фанни Прайс · фильм
4. «

   — Будет всего лишь глупый бал... — Я не позволю продавать себя, как одну из рабынь вашего отца! — Не будьте такой глупой! — Глупость женщины только прибавляет ей очарования. — Фанни! Вы ведете себя нелогично! — Это еще одно достоинство. Я должна вызывать восхищение.

   — Будет всего лишь глупый бал... — Я не позволю продавать себя, как одну из рабынь вашего отца! — Не будьте такой глупой! — Глупость женщины только прибавляет ей очарования. — Фанни! Вы ведете себя нелогично! — Это еще одно достоинство. Я должна вызывать восхищение.

   — Фанни Прайс · фильм
5. «

   — Прощай, Сьюзи. — Прощай. Сочини мне множество рассказов и съешь тысячу тортов! — А ты, малышка, не забывай причесываться. Но не слишком усердно.

   — Прощай, Сьюзи. — Прощай. Сочини мне множество рассказов и съешь тысячу тортов! — А ты, малышка, не забывай причесываться. Но не слишком усердно.

   — Фанни Прайс · фильм
6. «

   — Фанни! Не надо безумств! Идет дождь! — В дождь я вижу гораздо яснее.

   — Фанни! Не надо безумств! Идет дождь! — В дождь я вижу гораздо яснее.

   — Фанни Прайс · фильм
7. «

   — Вы не любите жить у воды? — Нет если она воняет, и нет средств, чтобы плыть по ней.

   — Вы не любите жить у воды? — Нет если она воняет, и нет средств, чтобы плыть по ней.

   — Мэнсфилд Парк (Mansfield Park) (1999) · фильм
8. «

   — Фанни Прайс! Ведите себя более прилично! <...> — Не знаю, как Вас благодарить, Эдмунд. — Мои таланты — ничто, в сравнении с Вашими. Мои писания неуклюжи на фоне Ваших буйных сочинений. — Да, я буйная, как зверь. Сэр Томас с этим согласится.

   — Фанни Прайс! Ведите себя более прилично! <...> — Не знаю, как Вас благодарить, Эдмунд. — Мои таланты — ничто, в сравнении с Вашими. Мои писания неуклюжи на фоне Ваших буйных сочинений. — Да, я буйная, как зверь. Сэр Томас с этим согласится.

   — сэр Томас Бертрам · фильм
9. «

   Бедность страшит меня. Для женщины бедность — еще большее рабство, чем для мужчины.

   Бедность страшит меня. Для женщины бедность — еще большее рабство, чем для мужчины.

   — Мэнсфилд Парк (Mansfield Park) (1999) · фильм
10. «

    Все распри и войны вели никчёмные мужчины. Женщины в них почти не участвовали.

    Все распри и войны вели никчёмные мужчины. Женщины в них почти не участвовали.

    — Мэнсфилд Парк (Mansfield Park) (1999) · фильм
11. «

    Вы столь красноречивы, что, боюсь, в конце концов убедите сами себя.

    Вы столь красноречивы, что, боюсь, в конце концов убедите сами себя.

    — Мэнсфилд Парк (Mansfield Park) (1999) · фильм
12. «

    — А вы что скажете, мисс Прайс? — Мне жаль Вас огорчать, мистер Кроуфорд, но у меня нет готового мнения. — Подозреваю, Вы почти целиком состоите из неразделенных готовых мнений.

    — А вы что скажете, мисс Прайс? — Мне жаль Вас огорчать, мистер Кроуфорд, но у меня нет готового мнения. — Подозреваю, Вы почти целиком состоите из неразделенных готовых мнений.

    — Фанни Прайс · фильм
13. «

    сэр Томас Бертрам: — Жизнь вдали от роскоши и комфорта Мэнсфилд Парка, возможно, приведет Ваш разум в более трезвое состояние. Вы этого хотите, не так ли? Фанни Прайс: — Да. Этого. Эдмунд Бертрам: — Почему, Фанни? Фанни Прайс: — Чтобы снова быть дома. Среди любящих родных. Чтобы проявлять любовь, не боясь, не сдерживаясь. Чтобы чувствовать себя равной тем, кто рядом.

    сэр Томас Бертрам: — Жизнь вдали от роскоши и комфорта Мэнсфилд Парка, возможно, приведет Ваш разум в более трезвое состояние. Вы этого хотите, не так ли? Фанни Прайс: — Да. Этого. Эдмунд Бертрам: — Почему, Фанни? Фанни Прайс: — Чтобы снова быть дома. Среди любящих родных. Чтобы проявлять любовь, не боясь, не сдерживаясь. Чтобы чувствовать себя равной тем, кто рядом.

    — сэр Томас Бертрам · фильм
14. «

    Это истинная гармония! <…> То, с чем не сравнится никакая живопись, никакая музыка, о чём одной поэзии дано попытаться поведать. Вот что может утишить любую тревогу, вызвать в душе восторг! Когда я смотрю на такую ночь, мне кажется, будто на свете нет ни зла, ни горя, ведь конечно же, и того и другого будет меньше, если чаще внимать величию природы, и, созерцая подобный вид, люди будут чаще печься не о себе.

    Это истинная гармония! <…> То, с чем не сравнится никакая живопись, никакая музыка, о чём одной поэзии дано попытаться поведать. Вот что может утишить любую тревогу, вызвать в душе восторг! Когда я смотрю на такую ночь, мне кажется, будто на свете нет ни зла, ни горя, ведь конечно же, и того и другого будет меньше, если чаще внимать величию природы, и, созерцая подобный вид, люди будут чаще печься не о себе.

    — Джейн Остин · книга
15. «

    «А затем — позор человечества, ужас для мира — Елизавета. Злобная убийца, которая 19 лет держала в плену кузину, прелестную Марию Шотландскую, а затем приговорила ее к ужасной смерти. Этим она навеки осрамила монархию и все королевство». Творение предвзятого, невежественного, неточного историка. — Фанни, Вы несносны! — Все распри и войны вели мужчины. Женщины в них почти не участвовали. Как скучно. Я часто думаю: почему история так уныла? Большая ее часть — выдумка.

    «А затем — позор человечества, ужас для мира — Елизавета. Злобная убийца, которая 19 лет держала в плену кузину, прелестную Марию Шотландскую, а затем приговорила ее к ужасной смерти. Этим она навеки осрамила монархию и все королевство». Творение предвзятого, невежественного, неточного историка. — Фанни, Вы несносны! — Все распри и войны вели мужчины. Женщины в них почти не участвовали. Как скучно. Я часто думаю: почему история так уныла? Большая ее часть — выдумка.

    — Фанни Прайс · фильм
16. «

    Если какую-то из наших способностей можно счесть поразительней остальных, я назвала бы память. В её могуществе, провалах, изменчивости есть, по-моему, что-то куда более откровенно непостижимое, чем в любом из прочих наших даров. Память иногда такая цепкая, услужливая, послушная, а иной раз такая путаная и слабая, а ещё в другую пору такая деспотическая, нам неподвластная! Мы, конечно, во всех отношениях чудо, но, право же, наша способность вспоминать и забывать мне кажется уж вовсе непонятной.

    Если какую-то из наших способностей можно счесть поразительней остальных, я назвала бы память. В её могуществе, провалах, изменчивости есть, по-моему, что-то куда более откровенно непостижимое, чем в любом из прочих наших даров. Память иногда такая цепкая, услужливая, послушная, а иной раз такая путаная и слабая, а ещё в другую пору такая деспотическая, нам неподвластная! Мы, конечно, во всех отношениях чудо, но, право же, наша способность вспоминать и забывать мне кажется уж вовсе непонятной.

    — Джейн Остин · книга
17. «

    — Богатство — это ведь вовсе не постыдно, дорогая. — Смотря как оно получено.

    — Богатство — это ведь вовсе не постыдно, дорогая. — Смотря как оно получено.

    — миссис Прайс · фильм
18. «

    — Этот Генри Кроуфорд, какой он? — Светский хлыщ, на мой взгляд. — Прекрасно! — Они привлекательней в литературе, чем в жизни. — Но они привлекательны! А леди Бертрам? — Она страдает от почти смертельной усталости. — От чего? — В основном, от вышивания. Никому не нужного и некрасивого. Да еще от ежедневной дозы опия.

    — Этот Генри Кроуфорд, какой он? — Светский хлыщ, на мой взгляд. — Прекрасно! — Они привлекательней в литературе, чем в жизни. — Но они привлекательны! А леди Бертрам? — Она страдает от почти смертельной усталости. — От чего? — В основном, от вышивания. Никому не нужного и некрасивого. Да еще от ежедневной дозы опия.

    — Сьюзен Прайс · фильм
19. «

    — Прошу Вас: взгляните на меня снова. Я изменился, Фанни Прайс. Изменился. Я буду ждать Вас. Вечно. Мое постоянство докажет Вам: я изменился. — Меня пугает именно Ваша изменчивость, мистер Кроуфорд.

    — Прошу Вас: взгляните на меня снова. Я изменился, Фанни Прайс. Изменился. Я буду ждать Вас. Вечно. Мое постоянство докажет Вам: я изменился. — Меня пугает именно Ваша изменчивость, мистер Кроуфорд.

    — Генри Кроуфорд · фильм
20. «

    — Смерть нельзя принести, Фанни. — Еще как можно. Вот и вытри ноги, когда будешь входить в дом. У тебя есть деньги, чтобы отдать костюм в чистку? Могу немного дать. Доведи до блеска ботинки. Почисти зубы, никогда не оглядывайся. Глаза могут убить. Если на кого-нибудь посмотришь и он увидит, что ты хочешь, чтобы тебя убили, он пойдет за тобой. Приходи ко мне, дорогой мальчик, но сначала вымойся и, когда пойдешь сюда, смотри только вперед.

    — Смерть нельзя принести, Фанни. — Еще как можно. Вот и вытри ноги, когда будешь входить в дом. У тебя есть деньги, чтобы отдать костюм в чистку? Могу немного дать. Доведи до блеска ботинки. Почисти зубы, никогда не оглядывайся. Глаза могут убить. Если на кого-нибудь посмотришь и он увидит, что ты хочешь, чтобы тебя убили, он пойдет за тобой. Приходи ко мне, дорогой мальчик, но сначала вымойся и, когда пойдешь сюда, смотри только вперед.

    — Рэй Брэдбери · книга