77 цитат персонажа «Фауст» на каждый день

77 цитат персонажа «Фауст» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Довольно места для великих дел и на земле.

   Довольно места для великих дел и на земле.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
2. «

   Чтобы утрату счастья заменить, Мы неземное учимся ценить.

   Чтобы утрату счастья заменить, Мы неземное учимся ценить.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
3. «

   Охота надрываться чудаку! Он клада ищет жадными руками И, как находке, рад, копаясь в хламе, Любому дождевому червяку.

   Охота надрываться чудаку! Он клада ищет жадными руками И, как находке, рад, копаясь в хламе, Любому дождевому червяку.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
4. «

   Жил-был король державный С любимицей блохой.

   Жил-был король державный С любимицей блохой.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
5. «

   В чем пользы нет, то тягостно вдвойне, А польза только в том, что даст тебе мгновенье.

   В чем пользы нет, то тягостно вдвойне, А польза только в том, что даст тебе мгновенье.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
6. «

   Фауст: Змея! Змея! Мефистофель: Да, вижу я, Что клюнуло, душа моя!

   Фауст: Змея! Змея! Мефистофель: Да, вижу я, Что клюнуло, душа моя!

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
7. «

   Учи народ, питай и грей, - А после, смотришь, бунтарей Ты воспитал себе в награду!

   Учи народ, питай и грей, - А после, смотришь, бунтарей Ты воспитал себе в награду!

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
8. «

   Целительный напиток был готов. И стали мы лечить. Удвоились мученья: Больные гибли все без исключенья, А выздоравливал ли кто, Спросить не думали про то. Вот наши подвиги леченья! Средь этих гор губили мы Страшней губительной чумы! Я сам дал тысячам отраву: Их нет – а я живой... И вот В моём лице воздал народ Своим убийцам – честь и славу!

   Целительный напиток был готов. И стали мы лечить. Удвоились мученья: Больные гибли все без исключенья, А выздоравливал ли кто, Спросить не думали про то. Вот наши подвиги леченья! Средь этих гор губили мы Страшней губительной чумы! Я сам дал тысячам отраву: Их нет – а я живой... И вот В моём лице воздал народ Своим убийцам – честь и славу!

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
9. «

   Я проклинаю ложь без меры И изворотливость без дна, С какою в тело, как в пещеру, У нас душа заключена.

   Я проклинаю ложь без меры И изворотливость без дна, С какою в тело, как в пещеру, У нас душа заключена.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
10. «

    Мефистофель:

    Мефистофель:

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
11. «

    Земля, ты вечно дивной остаешься.

    Земля, ты вечно дивной остаешься.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
12. «

    На полках книги по стенам До сводов комнаты моей - Они лежат и здесь и там, Добыча пыли.

    На полках книги по стенам До сводов комнаты моей - Они лежат и здесь и там, Добыча пыли.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
13. «

    Распорядись собой, прими решенье, Хотя бы и ценой уничтоженья.

    Распорядись собой, прими решенье, Хотя бы и ценой уничтоженья.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
14. «

    Отважно ринусь я в обширный божий свет; Мне хочется борьбы, готов я с бурей биться - И в час крушенья мне ли устрашиться?

    Отважно ринусь я в обширный божий свет; Мне хочется борьбы, готов я с бурей биться - И в час крушенья мне ли устрашиться?

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
15. «

    Когда я чувством нежным Томлюсь, назвать его хочу, Порывам бурным и мятежным Напрасно имени ищу, И мыслью мир весь облетаю, И высшие слова хватаю, Какие лишь найти могу, И называю пыл сердечный Любовью вечной, бесконечной, - Ужель тогда, как бес, я лгу?

    Когда я чувством нежным Томлюсь, назвать его хочу, Порывам бурным и мятежным Напрасно имени ищу, И мыслью мир весь облетаю, И высшие слова хватаю, Какие лишь найти могу, И называю пыл сердечный Любовью вечной, бесконечной, - Ужель тогда, как бес, я лгу?

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
16. «

    Взгляни: уж солнце стало озарять Сады и хижины прощальными лучами. Оно заходит там, скрываяся вдали, И прбуждает жизнь иного края... Вот солнце скрылось, но в душе больной Растет опять могучее желанье Лететь за ним и пить его сиянье, Ночь видеть позади и день передо мной.

    Взгляни: уж солнце стало озарять Сады и хижины прощальными лучами. Оно заходит там, скрываяся вдали, И прбуждает жизнь иного края... Вот солнце скрылось, но в душе больной Растет опять могучее желанье Лететь за ним и пить его сиянье, Ночь видеть позади и день передо мной.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
17. «

    Я проклинаю самомненье, Которым ум наш обуян, И проклинаю мир явлений, Обманчивых, как слой румян. И обольщенье семьянина, Детей, хозяйство и жену, И наши сны, наполовину Неисполнимые, кляну.

    Я проклинаю самомненье, Которым ум наш обуян, И проклинаю мир явлений, Обманчивых, как слой румян. И обольщенье семьянина, Детей, хозяйство и жену, И наши сны, наполовину Неисполнимые, кляну.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
18. «

    Ах, две души живут в больной груди моей, Друг другу чуждые, — и жаждут разделенья!

    Ах, две души живут в больной груди моей, Друг другу чуждые, — и жаждут разделенья!

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
19. «

    — А где ж, скажи, красавица твоя? Она, танцуя, так приятно пела.

    — А где ж, скажи, красавица твоя? Она, танцуя, так приятно пела.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
20. «

    Лишь тот внимания женщин стоит, Кто их умеет защищать.

    Лишь тот внимания женщин стоит, Кто их умеет защищать.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга