22 цитаты персонажа «Гамлет», которые стоит перечитать

Собрали 22 цитаты персонажа «Гамлет» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Я не понимаю вас. — Я очень рад, острое слово спит в ушах глупца.

   — Я не понимаю вас. — Я очень рад, острое слово спит в ушах глупца.

   — Уильям Шекспир · книга
2. «

   Быть иль не быть — вот в чем вопрос.

   Быть иль не быть — вот в чем вопрос.

   — Уильям Шекспир · книга
3. «

   Порвалась цепь времен; О, проклят жребий мой! Зачем родился я на подвиг роковой?

   Порвалась цепь времен; О, проклят жребий мой! Зачем родился я на подвиг роковой?

   — Уильям Шекспир · книга
4. «

   Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам.

   Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам.

   — Уильям Шекспир · книга
5. «

   Само по себе ничто ни дурно, ни хорошо; мысль делает его тем или другим.

   Само по себе ничто ни дурно, ни хорошо; мысль делает его тем или другим.

   — Уильям Шекспир · книга
6. «

   А впрочем, что ж, на свете нет чудес: Как волка ни корми, он смотрит в лес.

   А впрочем, что ж, на свете нет чудес: Как волка ни корми, он смотрит в лес.

   — Уильям Шекспир · книга
7. «

   Ведь знать хорошо человека — знать самого себя.

   Ведь знать хорошо человека — знать самого себя.

   — Уильям Шекспир · книга
8. «

   Покоряться Пращам и стрелам яростной судьбы Иль, ополчась на море смут, сразить их Противоборством?

   Покоряться Пращам и стрелам яростной судьбы Иль, ополчась на море смут, сразить их Противоборством?

   — Уильям Шекспир · книга
9. «

   Истлевшим Цезарем от стужи заделывают дом снаружи. Пред кем весь мир лежал в пыли, торчит затычкою в щели.

   Истлевшим Цезарем от стужи заделывают дом снаружи. Пред кем весь мир лежал в пыли, торчит затычкою в щели.

   — Уильям Шекспир · книга
10. «

    — Так вы порядочная девушка? — Милорд! — И хороши собой? — Что разумеет ваша милость? — То, что если вы порядочны и хороши собой, вашей порядочности нечего делать с вашей красотой. — Ну разве для красоты не лучшая спутница порядочность? — Ну конечно, и скорей красота стащит порядочность в омут, нежели порядочность исправит красоту.

    — Так вы порядочная девушка? — Милорд! — И хороши собой? — Что разумеет ваша милость? — То, что если вы порядочны и хороши собой, вашей порядочности нечего делать с вашей красотой. — Ну разве для красоты не лучшая спутница порядочность? — Ну конечно, и скорей красота стащит порядочность в омут, нежели порядочность исправит красоту.

    — Гамлет · фильм
11. «

    ... Ибо сами по себе вещи не бывают ни хорошими, ни дурными, а только в нашей оценке.

    ... Ибо сами по себе вещи не бывают ни хорошими, ни дурными, а только в нашей оценке.

    — Уильям Шекспир · книга
12. «

    Нужно быть выше суеверий. Если чему-то суждено случиться сейчас, значит, этого не придется дожидаться. Если не сейчас, всё равно этого не избежать. Самое главное — всегда быть наготове. Раз никто не знает своего смертного часа, отчего не собраться заблаговременно?

    Нужно быть выше суеверий. Если чему-то суждено случиться сейчас, значит, этого не придется дожидаться. Если не сейчас, всё равно этого не избежать. Самое главное — всегда быть наготове. Раз никто не знает своего смертного часа, отчего не собраться заблаговременно?

    — Гамлет (1964) · фильм
13. «

    Кто поселял в народах страх, Пред кем дышать едва лишь смели, Великий цезарь — ныне прах, И им замазывают щели.

    Кто поселял в народах страх, Пред кем дышать едва лишь смели, Великий цезарь — ныне прах, И им замазывают щели.

    — Уильям Шекспир · книга
14. «

    Быть честным — по нашим временам значит быть единственным из десяти тысяч.

    Быть честным — по нашим временам значит быть единственным из десяти тысяч.

    — Уильям Шекспир · книга
15. «

    О, женщины, вам имя — вероломство!

    О, женщины, вам имя — вероломство!

    — Уильям Шекспир · книга
16. «

    О, бедный Йорик! Я знал его, Горацио: это был человек с бесконечным юмором и дивною фантазиею. Тысячу раз носил он меня на плечах, а теперь… Как отталкивают моё воображение эти останки! Мне почти дурно. Тут были уста — я целовал их так часто. Где теперь твои шутки, твои ужимки? Где песни, молнии острот, от которых все пирующие хохотали до упаду? Кто сострит теперь над твоею же костяной улыбкой? Всё пропало.

    О, бедный Йорик! Я знал его, Горацио: это был человек с бесконечным юмором и дивною фантазиею. Тысячу раз носил он меня на плечах, а теперь… Как отталкивают моё воображение эти останки! Мне почти дурно. Тут были уста — я целовал их так часто. Где теперь твои шутки, твои ужимки? Где песни, молнии острот, от которых все пирующие хохотали до упаду? Кто сострит теперь над твоею же костяной улыбкой? Всё пропало.

    — Уильям Шекспир · книга
17. «

    Увы, бедный Йорик! Я знал его, Горацио. Человек бесконечно остроумный, чудеснейший выдумщик. Он тысячу раз носил меня на спине. А теперь как отвратительно мне это себе представить. У меня к горлу подступает при одной мысли... Здесь были эти губы, которые я целовал сам не знаю сколько раз. Где теперь твои шутки, твои дурачества, твои песни? Твои вспышки веселья, от которых всякий раз хохотал весь стол?

    Увы, бедный Йорик! Я знал его, Горацио. Человек бесконечно остроумный, чудеснейший выдумщик. Он тысячу раз носил меня на спине. А теперь как отвратительно мне это себе представить. У меня к горлу подступает при одной мысли... Здесь были эти губы, которые я целовал сам не знаю сколько раз. Где теперь твои шутки, твои дурачества, твои песни? Твои вспышки веселья, от которых всякий раз хохотал весь стол?

    — Гамлет (Hamlet) (1948) · фильм
18. «

    Даже такое божество, как солнце, плодит червей, лаская лучами падаль.

    Даже такое божество, как солнце, плодит червей, лаская лучами падаль.

    — Уильям Шекспир · книга
19. «

    Слыхал я, иногда преступники в театре Бывали под воздействием игры Так глубоко потрясены, что тут же Свои провозглашали злодеяния.

    Слыхал я, иногда преступники в театре Бывали под воздействием игры Так глубоко потрясены, что тут же Свои провозглашали злодеяния.

    — Уильям Шекспир · книга
20. «

    Бедный Йорик! Я знал его, Горацио. Это был человек бесконечного остроумия, неистощимый на выдумки. Он тысячу раз таскал меня на спине. А теперь это само отвращение и тошнотой подступает к горлу. Здесь должны были двигаться губы, которые я целовал не знаю сколько раз. Где теперь твои каламбуры, твои смешные выходки, твои куплеты? Где заразительное веселье, охватывавшее всех за столом?

    Бедный Йорик! Я знал его, Горацио. Это был человек бесконечного остроумия, неистощимый на выдумки. Он тысячу раз таскал меня на спине. А теперь это само отвращение и тошнотой подступает к горлу. Здесь должны были двигаться губы, которые я целовал не знаю сколько раз. Где теперь твои каламбуры, твои смешные выходки, твои куплеты? Где заразительное веселье, охватывавшее всех за столом?

    — Гамлет (1964) · фильм