150 цитат персонажа «Геральт из Ривии» с глубоким смыслом

Собрали 150 цитат персонажа «Геральт из Ривии» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Послушай сказку. — Да ну её в жопу. — Жил-был ведьмак и обвинили его в убийстве короля. — Причём облыжно... — Всё было против него и только один человек мог ему помочь. — Ага, прекрасный принц... — Нет, капитан синих полосок. К сожалению, ведьмак не принял помощи и его повесили. — Говно твоя сказка.

   — Послушай сказку. — Да ну её в жопу. — Жил-был ведьмак и обвинили его в убийстве короля. — Причём облыжно... — Всё было против него и только один человек мог ему помочь. — Ага, прекрасный принц... — Нет, капитан синих полосок. К сожалению, ведьмак не принял помощи и его повесили. — Говно твоя сказка.
2. «

   Я набил тебе морду и выиграл много денег. Твоя репутация меня не интересует.

   Я набил тебе морду и выиграл много денег. Твоя репутация меня не интересует.
3. «

   Стрегебор, — Сказал Геральт. — Таков мир. Путешествуя, видишь многое. Двое бьются из-за межи посреди поля, которое завтра истопчут кони дружин двух здешних графов, жаждущих уничтожить друг друга. Вдоль дорог на деревьях болтаются висельники, в лесах разбойники перерезают глотки купцам. В городах то и дело натыкаешься на трупы в сточных канавах. В дворцах тычут друг друга стилетами, а на пиршествах то и дело кто-нибудь валится под стол, синий от отравы. Я привык. Так чего же ради меня должна волновать грозящая кому-то смерть, к тому же грозящая не мне, а тебе?

   Стрегебор, — Сказал Геральт. — Таков мир. Путешествуя, видишь многое. Двое бьются из-за межи посреди поля, которое завтра истопчут кони дружин двух здешних графов, жаждущих уничтожить друг друга. Вдоль дорог на деревьях болтаются висельники, в лесах разбойники перерезают глотки купцам. В городах то и дело натыкаешься на трупы в сточных канавах. В дворцах тычут друг друга стилетами, а на пиршествах то и дело кто-нибудь валится под стол, синий от отравы. Я привык. Так чего же ради меня должна волновать грозящая кому-то смерть, к тому же грозящая не мне, а тебе?

   — Анджей Сапковский · книга
4. «

   Говоря еще более кратко, Литта Нейд была женщиной, с которой только полный идиот мог связаться дольше, чем на двое суток. Интересным было то, что именно за такими женщинами, как правило, бегали толпы мужчин, склонных ко вступлению в долгосрочные отношения.

   Говоря еще более кратко, Литта Нейд была женщиной, с которой только полный идиот мог связаться дольше, чем на двое суток. Интересным было то, что именно за такими женщинами, как правило, бегали толпы мужчин, склонных ко вступлению в долгосрочные отношения.

   — Анджей Сапковский · книга
5. «

   — Шевелись, Плотва. — А что я, по-твоему, делаю?

   — Шевелись, Плотва. — А что я, по-твоему, делаю?

   — Геральт из Ривии · игра
6. «

   — Это кто такой был? Почему сбежал? — Он суп на огне оставил. — Смотри, чтобы я тебя на огне не оставил, деловой.

   — Это кто такой был? Почему сбежал? — Он суп на огне оставил. — Смотри, чтобы я тебя на огне не оставил, деловой.

   — Стражник · игра
7. «

   – Ох, и заливаешь ты, Лютик! – Не заливаю, а украшаю, а это разные вещи.

   – Ох, и заливаешь ты, Лютик! – Не заливаю, а украшаю, а это разные вещи.

   — Анджей Сапковский · книга
8. «

   — Перед Кражей было что-то подозрительное? — Пада...? Пада что? — Что-нибудь другое. Ты мог что-то увидеть, почуять, услышать... — Да, да, Барт слышал... Такое... Ш-Ш-Ш... Ш-Ш-ш... — Откуда было слышно шипение? — Барт слышал «ш-ш-ш» в нужнаке. — Где? — Ну... Где Барту нужно делать кучу.

   — Перед Кражей было что-то подозрительное? — Пада...? Пада что? — Что-нибудь другое. Ты мог что-то увидеть, почуять, услышать... — Да, да, Барт слышал... Такое... Ш-Ш-Ш... Ш-Ш-ш... — Откуда было слышно шипение? — Барт слышал «ш-ш-ш» в нужнаке. — Где? — Ну... Где Барту нужно делать кучу.

   — Геральт из Ривии · игра
9. «

   — Зачем ты пьешь? — Водка хорошо. Голова больно. Разум не больно.

   — Зачем ты пьешь? — Водка хорошо. Голова больно. Разум не больно.
10. «

    — Надень на меня эти наручники, Геральт. — Ты действительно этого хочешь? Здесь? При всех? — Возможно, ты будешь удивлён, но наручники также используют за пределами спальни.

    — Надень на меня эти наручники, Геральт. — Ты действительно этого хочешь? Здесь? При всех? — Возможно, ты будешь удивлён, но наручники также используют за пределами спальни.

    — Трисс Меригольд · игра
11. «

    — Как живешь? — Как картофельная моль: сижу тихо, в глаза не бросаюсь, рубаю картоху.

    — Как живешь? — Как картофельная моль: сижу тихо, в глаза не бросаюсь, рубаю картоху.

    — Талер · игра
12. «

    Вы жалостно смешны со своими уворованными мешочками семян на вьючных лошадях, с горсткой зерна, с теми крохами, за счет которых намерены выжить. И с вашей миссией, которая служит только тому, чтобы отвлечь ваши мысли от близкой гибели. Ведь ты–то знаешь, что это уже конец. Ничто не взойдет и не уродится на плоскогорьях, ничто вас уже не спасет. Но вы — долговечны, вы будете жить долго, очень долго в собственноручно и высокомерно избранной изоляции, слабеющие, малочисленные, все более озлобленные. И ты знаешь, что произойдет, Филавандрель. Знаешь, что тогда отчаявшиеся юнцы с глазами столетних старцев и отцветшие, бездетные и больные, как Торувьель, девушки поведут в долины тех, кто еще сможет удержать в руках меч и лук. Вы спуститесь в цветущие долины навстречу смерти, желая умереть достойно, в бою, а не в постелях, на которые повалят вас анемия, туберкулез и цинга. И тогда, долгожитель Aen Seidhe, ты вспомнишь обо мне. Вспомнишь, что мне было тебя жаль. И поймешь, что я был прав.

    Вы жалостно смешны со своими уворованными мешочками семян на вьючных лошадях, с горсткой зерна, с теми крохами, за счет которых намерены выжить. И с вашей миссией, которая служит только тому, чтобы отвлечь ваши мысли от близкой гибели. Ведь ты–то знаешь, что это уже конец. Ничто не взойдет и не уродится на плоскогорьях, ничто вас уже не спасет. Но вы — долговечны, вы будете жить долго, очень долго в собственноручно и высокомерно избранной изоляции, слабеющие, малочисленные, все более озлобленные. И ты знаешь, что произойдет, Филавандрель. Знаешь, что тогда отчаявшиеся юнцы с глазами столетних старцев и отцветшие, бездетные и больные, как Торувьель, девушки поведут в долины тех, кто еще сможет удержать в руках меч и лук. Вы спуститесь в цветущие долины навстречу смерти, желая умереть достойно, в бою, а не в постелях, на которые повалят вас анемия, туберкулез и цинга. И тогда, долгожитель Aen Seidhe, ты вспомнишь обо мне. Вспомнишь, что мне было тебя жаль. И поймешь, что я был прав.

    — Анджей Сапковский · книга
13. «

    Я не верю в твоего бога, не верю в существование других богов, но ценю твой выбор, твою жертву, ценю и уважаю то, во что ты веришь. Ибо твоя вера и посвящение, цена молчания, которую ты платишь, сделают тебя лучше, достойнее. По крайней мере, могут сделать. А мое неверие не может ничего. Оно бессильно. Ты спрашиваешь: во что я, в таком случае, верю? В меч.

    Я не верю в твоего бога, не верю в существование других богов, но ценю твой выбор, твою жертву, ценю и уважаю то, во что ты веришь. Ибо твоя вера и посвящение, цена молчания, которую ты платишь, сделают тебя лучше, достойнее. По крайней мере, могут сделать. А мое неверие не может ничего. Оно бессильно. Ты спрашиваешь: во что я, в таком случае, верю? В меч.

    — Анджей Сапковский · книга
14. «

    — Из всех женщин, которых я знал, только ты красишься перед сексом. — А ты их так много знал? — Не всё ли равно? С каждой я всегда думал только о тебе.

    — Из всех женщин, которых я знал, только ты красишься перед сексом. — А ты их так много знал? — Не всё ли равно? С каждой я всегда думал только о тебе.

    — Геральт из Ривии · игра
15. «

    Не стоит умирать за идею, особенно если в её основе лежит ненависть.

    Не стоит умирать за идею, особенно если в её основе лежит ненависть.
16. «

    Быть нейтральным — не значит быть равнодушным и бесчувственным. Не надо убивать в себе чувства. Достаточно убить в себе ненависть.

    Быть нейтральным — не значит быть равнодушным и бесчувственным. Не надо убивать в себе чувства. Достаточно убить в себе ненависть.

    — Анджей Сапковский · книга
17. «

    — Даже не шелохнулась. Придется выломать. — Умоляю, прояви немного такта. С тем же успехом ты мог бы стоять на улице, лупить в бубен и орать: «Детлафф, я иду за тобой!»

    — Даже не шелохнулась. Придется выломать. — Умоляю, прояви немного такта. С тем же успехом ты мог бы стоять на улице, лупить в бубен и орать: «Детлафф, я иду за тобой!»

    — Геральт из Ривии · игра
18. «

    Недостаточно быть друг другу предназначенными. Надобно нечто большее…

    Недостаточно быть друг другу предназначенными. Надобно нечто большее…

    — Анджей Сапковский · книга
19. «

    Скажем так, у моего башмака запланировано свидание с его задницей.

    Скажем так, у моего башмака запланировано свидание с его задницей.
20. «

    — Мама папу лупит сковородкой за то, что он ходил на... бляшки. — На блядки.

    — Мама папу лупит сковородкой за то, что он ходил на... бляшки. — На блядки.

    — Мальчик · игра