Подборка персонажа: 21 цитата — «Герцог»

Ниже 21 цитата персонажа «Герцог»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Ситуация, конечно, фиговая, но зато это самое невообразимое рождественское приключение. — Да, и прекрасная иллюстрация к тому, почему я в целом не люблю приключений.

   — Ситуация, конечно, фиговая, но зато это самое невообразимое рождественское приключение. — Да, и прекрасная иллюстрация к тому, почему я в целом не люблю приключений.

   — Джон Грин · книга
2. «

   — А где же наша гвардия? Гвардия где? — Очевидно, обходит с флангов. — Кого? — Всех!

   — А где же наша гвардия? Гвардия где? — Очевидно, обходит с флангов. — Кого? — Всех!

   — Герцог · фильм
3. «

   Из Мюнхгаузена, господа, воду лить не будем! Не зачем. Он нам дорог просто как Мюнхгаузен. Как Карл Фридрих Иероним... А уж пьёт его лошадь или не пьёт — это нас не волнует.

   Из Мюнхгаузена, господа, воду лить не будем! Не зачем. Он нам дорог просто как Мюнхгаузен. Как Карл Фридрих Иероним... А уж пьёт его лошадь или не пьёт — это нас не волнует.

   — Тот самый Мюнхгаузен · фильм
4. «

   Свои места вы знаете в сраженье; Коль старшие падут — вам повышенье.

   Свои места вы знаете в сраженье; Коль старшие падут — вам повышенье.

   — Уильям Шекспир · книга
5. «

   — А почему этот деятельный малыш не в школе Пристона или Йеля, не в Англии или массе школ континента? Почему он учится в какой-то дыре? — Санкт-Петербург. Не дыра. — А мне без разницы. Вся Россия — это помойка и рабы. Так почему? — Я сейчас вас огорчу, любезный Архитектор, но Георг считает, что все университеты запада, Англии и САСШ это Цирковые училища. Не возмущайтесь, я сейчас поясню подробней, и после нам придется присмотреться к тому как учат наших наследников. По его мнению, все университеты Запада готовят даже не людей. а дрессированных собачек. Ваши Цирковые училища призваны воспитывать рабов для господ. Вы готовите дрессированных пуделей для хозяев мира сего. Основная задача высших школ запада подготовить грамотного, расторопного и покорного колониального управляющего. Методы, которые используют для этого так называемые учителя, самые подлые и лживые. Обязательная пелерастия для морального падения и замена морали на холодный расчет. Избиение и моральная обструкция, для вбивания на уровне инстинктов — рефлекса подчинения. Для особо устойчивых особей, есть лживые доносы и сфабрикованные уголовные дела. Выбор для обучаемого прост, или тюрьма на долгие годы или беспрекословное подчинение. Я в такой цирковой труппе готов занять роль дрессировщика и со временем директора цирка, а должность болонки не для меня. Я негласно проверил его слова и выяснил что все наши школы готовят идеальных исполнителей. О развитии творческого потенциала, спорах и отклонения от наших норм. можно даже не мечтать. Все университеты ввели шкалу лояльности, лояльность к западному миру, лояльность к вышестоящему, лояльность и преклонение перед деньгами и богатством. Все студенты знают об этом и следуют правилам, бунтарей выгоняют, но только простых, все бунтари из детей политических деятелей, наследников крупного капитала или чиновников высокого ранга ломаются через колено, сбором компромата и фабрикации уголовных дел по тяжелым статьям.

   — А почему этот деятельный малыш не в школе Пристона или Йеля, не в Англии или массе школ континента? Почему он учится в какой-то дыре? — Санкт-Петербург. Не дыра. — А мне без разницы. Вся Россия — это помойка и рабы. Так почему? — Я сейчас вас огорчу, любезный Архитектор, но Георг считает, что все университеты запада, Англии и САСШ это Цирковые училища. Не возмущайтесь, я сейчас поясню подробней, и после нам придется присмотреться к тому как учат наших наследников. По его мнению, все университеты Запада готовят даже не людей. а дрессированных собачек. Ваши Цирковые училища призваны воспитывать рабов для господ. Вы готовите дрессированных пуделей для хозяев мира сего. Основная задача высших школ запада подготовить грамотного, расторопного и покорного колониального управляющего. Методы, которые используют для этого так называемые учителя, самые подлые и лживые. Обязательная пелерастия для морального падения и замена морали на холодный расчет. Избиение и моральная обструкция, для вбивания на уровне инстинктов — рефлекса подчинения. Для особо устойчивых особей, есть лживые доносы и сфабрикованные уголовные дела. Выбор для обучаемого прост, или тюрьма на долгие годы или беспрекословное подчинение. Я в такой цирковой труппе готов занять роль дрессировщика и со временем директора цирка, а должность болонки не для меня. Я негласно проверил его слова и выяснил что все наши школы готовят идеальных исполнителей. О развитии творческого потенциала, спорах и отклонения от наших норм. можно даже не мечтать. Все университеты ввели шкалу лояльности, лояльность к западному миру, лояльность к вышестоящему, лояльность и преклонение перед деньгами и богатством. Все студенты знают об этом и следуют правилам, бунтарей выгоняют, но только простых, все бунтари из детей политических деятелей, наследников крупного капитала или чиновников высокого ранга ломаются через колено, сбором компромата и фабрикации уголовных дел по тяжелым статьям.
6. «

   Охота — это прообраз войны: на охоте также есть свои военные хитрости, засады и ловушки, дабы можно было без риска для себя одолеть противника. На охоте мы терпим и дикий холод, и палящий зной, презираем и сон и негу, укрепляем свои силы, упражняем наше тело, чтобы оно сделалось более гибким, — одним словом, это занятие вреда никому не причиняет, а удовольствие доставляет многим.

   Охота — это прообраз войны: на охоте также есть свои военные хитрости, засады и ловушки, дабы можно было без риска для себя одолеть противника. На охоте мы терпим и дикий холод, и палящий зной, презираем и сон и негу, укрепляем свои силы, упражняем наше тело, чтобы оно сделалось более гибким, — одним словом, это занятие вреда никому не причиняет, а удовольствие доставляет многим.

   — Мигель де Сервантес Сааведра · книга
7. «

   О, если б грех притворством не был скрыт И каждый был таким, каков на вид!

   О, если б грех притворством не был скрыт И каждый был таким, каков на вид!

   — Уильям Шекспир · книга
8. «

   Ужасный век, ужасные сердца!

   Ужасный век, ужасные сердца!

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
9. «

   — Подъём в шесть часов утра! — Ненаказуемо.

   — Подъём в шесть часов утра! — Ненаказуемо.

   — Генрих Рамкопф · фильм
10. «

    Добродетель отважна, и добро никогда не испытывает страха.

    Добродетель отважна, и добро никогда не испытывает страха.

    — Уильям Шекспир · книга
11. «

    — Где мой военный мундир? — Прошу Ваше Высочество. Прошу. — Что? Мне в этом? В однобортном? Да вы что!? Не знаете, что в однобортном сейчас уже никто не воюет? Безобразие! Война у порога, а мы не готовы! Нет, мы не готовы к войне!

    — Где мой военный мундир? — Прошу Ваше Высочество. Прошу. — Что? Мне в этом? В однобортном? Да вы что!? Не знаете, что в однобортном сейчас уже никто не воюет? Безобразие! Война у порога, а мы не готовы! Нет, мы не готовы к войне!

    — Герцог · фильм
12. «

    — А почему не слышно? Я не понимаю, о чём они говорят. — Ваше Высочество, подсудимый благодарит городские власти и одновременно как бы шутит со своей возлюбленной. — Хорошо. Особенно кружевной воротник и передняя выточка ему очень к лицу. И вообще, он похож на покойного.

    — А почему не слышно? Я не понимаю, о чём они говорят. — Ваше Высочество, подсудимый благодарит городские власти и одновременно как бы шутит со своей возлюбленной. — Хорошо. Особенно кружевной воротник и передняя выточка ему очень к лицу. И вообще, он похож на покойного.

    — Герцог · фильм
13. «

    — Ну вот и славно… И не надо так трагично, дорогой мой… В конце концов, и Галилей отрекался! — Поэтому я всегда больше любил Джордано Бруно!

    — Ну вот и славно… И не надо так трагично, дорогой мой… В конце концов, и Галилей отрекался! — Поэтому я всегда больше любил Джордано Бруно!

    — Герцог · фильм
14. «

    — Сдайте шпагу! — Ваше Высочество, ну не идите против своей совести. Я знаю, вы благородный человек и в душе тоже против Англии. — Да, в душе против. Да, она мне не нравится. Но я сижу и помалкиваю!

    — Сдайте шпагу! — Ваше Высочество, ну не идите против своей совести. Я знаю, вы благородный человек и в душе тоже против Англии. — Да, в душе против. Да, она мне не нравится. Но я сижу и помалкиваю!

    — Герцог · фильм
15. «

    — Это ещё что такое? — Арестованный. — Почему под оркестр? — Ваше Высочество, сначала намечались торжества. Потом аресты. Потом решили совместить.

    — Это ещё что такое? — Арестованный. — Почему под оркестр? — Ваше Высочество, сначала намечались торжества. Потом аресты. Потом решили совместить.

    — Герцог · фильм
16. «

    Война — это не покер! Её нельзя объявлять, когда вздумается! Война это...война.

    Война — это не покер! Её нельзя объявлять, когда вздумается! Война это...война.

    — Тот самый Мюнхгаузен · фильм
17. «

    — Господа офицеры — сверим часы. Сколько сейчас? — Пятнадцать ноль-ноль! — Пятнадцать с четвертью! — А точнее? — Плюс двадцать два!

    — Господа офицеры — сверим часы. Сколько сейчас? — Пятнадцать ноль-ноль! — Пятнадцать с четвертью! — А точнее? — Плюс двадцать два!

    — главнокомандующий · фильм
18. «

    Ни мощь, ни сан – ничто нас не спасает, Святым нож в спину клевета вонзает! И где король – чья власть так велика, Чтоб удержать язык клеветника?

    Ни мощь, ни сан – ничто нас не спасает, Святым нож в спину клевета вонзает! И где король – чья власть так велика, Чтоб удержать язык клеветника?

    — Уильям Шекспир · книга
19. «

    Себе не вправе ты принадлежать. Как факелы, нас небо зажигает Не для того, чтоб для себя горели.

    Себе не вправе ты принадлежать. Как факелы, нас небо зажигает Не для того, чтоб для себя горели.

    — Уильям Шекспир · книга
20. «

    Почему продолжается война? Они что у вас, газет не читают?

    Почему продолжается война? Они что у вас, газет не читают?

    — Тот самый Мюнхгаузен · фильм